b000000926

— 255 — Бѳзпокойотво усиливалось нѳполученіемъ ника- кихъ извѣстій ни изъ Смоленска, ни изъ Москвы. Наконецъ, телеграмма брата Владиміра отъ 20 марта раскрыла передъ нимъ горькую истину. „Восемнадца- таго іюня цропілаго года, было оказано въ телеграммѣ, мамаша скончалась отъ рака желудка и болѣзни сердца". Извѣстіѳ это какъ громомъ поразило Николая Михайловича, столь поздно узнавшаго о кончинѣ нѣжно любимой имъ матери и самаго дорогаго друга. „Глубоко-тяиселую вѣсть, записалъ онъ въ своемъ дневникѣ, получилъ я сегодня телеграммою отъ брата, изъ Москвы: 18 іюня, прошлаго года, моя мамаша скончалась. Полугодомъ раньше ея умеръ мой дядя. Невознаградимы для меня эти утраты, понесенный въ такой короткій срокъ. Если бы я не воаврапі;ался изъ Гучена въ Зайсанъ, то о смерти матери не зналъ бы до окончанія путешествія. Быть можетъ, это было бы къ лучшему „Теперь же къ ряду всѣхъ невзгодъ прибавилось еще горе великое. Я любилъ свою мать всею душою. Съ ея именемъ для меня соединены отрадныя воспо- минанія дѣтства и отрочества, беззаботно проведенныя въ деревнѣ. И сколько разъ я возврап];ался въ свое родимое гнѣздо изъ долгихъ отлучекъ, иногда на край свѣта. И всегда меня встречали ласка и привѣтъ. Забывались пережитыя невзгоды, на душѣ станови- лось покойно и радостно; я словно опять становился ребѳнкомъ. Эти минуты для меня всегда были лучшею наградою за понесенные труды „Буря жизни, жажда деятельности и завѣтное стремленіѳ къ изслѣдованію нѳвѣдомыхъ отранъ вну- тренней Азіи снова оторвали меня отъ род наго крова. Бросалось многое, даже очень многое, но самою тя- желою минутою всегда было для меня разставанье съ матерью. Ея слезы и послѣдній поцѣлуй епі;ѳ долго жгли мое сердце. Не одинъ разъ, среди дикой пу- стыни или дремучихъ лѣсовъ, моему воображенію рисовался дорогой образъ и заставлялъ уноситься невольно къ родному очагу