b000000926

воды; причиною также могла быть постоянно соленая въ воздухѣ стоявшая пыль Лобъ-нора и верховая ѣзда. Промучившись почти три мѣсяца, я рѣшился вернуться изъ Гучена въ Зайсанъ (570верстъ), выле- читься здѣсь совсѣмъ и раннею весною (въ половинѣ февраля) идти съ новыми силами въ Тибетъ. Тяжело было мвЪ решиться на возвратъ. Нѣсколько разъ я плакалъ при мысли о такой необходимости. Наконецъ 27 ноября мы выступили изъ Гучена къ Зайсану тою же дорогою, которою шли изъ Кульджи. "Бхать вер- хомъ я не могъ и потому купилъ передокъ отъ рус- ской телѣги, придѣлали на него япі;икъ, гдѣ я и усѣлся". Такой экипажъ былъ не особенно удобенъ и пу- тешествіѳ для больнаго было невыносимо. Стояли на столько сильные морозы, что пять сутокъ сряду ртуть въ термометрѣ замерзала и следовательно холодъ пе- реходилъ за 40 градусовъ Цельзія. — Во всѣхъ моихъ странствованіяхъ по Азіи, гово- рилъ Николай Михайловичъ, это была первая неудача. Дай Богъ, чтобы она была и последняя. 20-го декабря экспедиція прибыла въ Зайсанъ, Се- мипалатинской области, п мѣстные доктора обѣпцали вылечить больныхъ въ теченіе мѣсяца. Частыя бани, примочки изъ свинцовой воды и разныя мази хотя и облегчили страданія, но на скорое выздоровленіе на- дежды было мало. „Облегченія пока еш,е мало, писалъ Николай Михаиловичъ ^); впрочемъ эта болѣзнь упор- ная. Надѣюсь, что къ половинѣ февраля, быть мо- жетъ и скорѣе, пройдетъ. Такъ по крайней мѣрѣ увѣ- ряютъ меня здѣшніе врачи". „Зайсанъ пакость такая же, какъ Кульджа и во- обпіе всѣ наши сибирскіе города. Какъ курьезъ окажу, что даже лекарство приносятъ мнѣ изъ лазарета, за неимѣніемъ пузырьковъ, въ водочныхъ бутылкахъ или полуштофахъ". •) Въ письыѣ М. А. Пыльцову отъ 31 декабра 1877 г.