b000000926

— 193 — малоя, или уходилъ къ кому-либо изъ приглашавшихъ. Съ нѳтерп']&ніѳмъ ожидалъ масляницы, когда могъ уЬхать въ Москву къ братьямъ на блины, и Пасхи — чтобы „удрать" въ любимое Отрадное. Самъ любитель покушать, Николай Михайловичъ очень часто посылалъ роднымъ конфекты и, какъ онъ называлъ, „разнаго рода услады"^ икру къ блинамъ и просилъ, чтобы на Святую, къ его пріѣзду въ Отрадное, была свѣжая редиска и зеленый салатъ. „Смотри, писалъ онъ М. А. Пыльцову, жившему тогда въ Отрадномъ ^), не ударь лицомъ въ грязь. Макарьевнѣ (няни) скажи, чтобы къ моему прі- ѣзду сдѣлала квасу изъ мороженныхъ яблоковъ и на- мочила плодовишки". Жизнь столичная, городская, тг.7ттт „судаченье", не нравились Николаю Михайловичу, — Ну, ужь спасибо за такую жизнь, говорилъ онъ; не промѣняю я ни на что въ мірѣ свою золотую волю. Чортъ ихъ дери всѣ эти богатства, они принесу тъ мнѣ не счастіе, а тяжелую неволю. Не утерплю сидѣть въ Питерѣ. Вольную птицу въ клѣткѣ не удержишь. Его тянуло на волю въ безпредѣльныя степи и безлюдныя горы. Все что напоминало прошлое путе- шѳствіе, доставляло истинное наслажденіе. Съ особымъ восторгомъ онъ писалъ М. А. Пыльцову ^), что полу- чилъ телеграмму отъ казаковъ Чабаева и Иринчинова, которые писали ему: „память о васъ перейдетъ изъ рода въ родъ; съ вами готовы въ огонь и воду". „Какъ видишь, прибавлялъ Николай Михайловичъ, казаки не забыли насъ и желаютъ опять по китайской границѣ путешествовать. Я теперь немного нездоровъ, болитъ горло, простудился, не выхожу изъ дому; впро- чемъ дня черезъ 3 — 4 это пройдетъ. А тутъ еш;е но- вая гадость; мою хозяйку опять гонятъ съ квартиры, а на этой можно быть только до 25-го марта или самое большее до 1-го апрѣля". Привыкая очень скоро и къ людямъ, и къ окру- жаюш;ей обстановкѣ, Николай Михайловичъ не любилъ ') Въ пиоьыѣ отъ 16 февраля 1876 г. ') Въ пиоьмѣ отъ 15 марта 1876 г. , „