b000000926

— 160 — Проводники уговаривали вернуться, но наши реши- лись или пройти, или погибнуть, но оъ оружіемъ въ рукахъ, „а не позорною смертью барана, котораго раз- бойники поташ,или-бы на висѣлицу" ^). „Положѳніе наше, говоритъ Пржевальскій ^), дей- ствительно было весьма опаснымъ, но инаго исхода не предстояло — вся наша надежда заключалась въ превосходномъ вооруженіи и извѣстной трусости дун- ганъ". Разсчетъ оказался вѣренъ и дунгане, подпустивъ нашъ караванъ не ближе какъ на версту, бросились на уходъ. Пржѳвальскій и его спутники поднялись на высокій и трудный перевалъ, среди наступившей ночи и сильнѣйшей мятели, ош;упью спустились въ столь увкое и лѣсистое уш;едье, что едва могли найти мѣсто для палатки, чтобы развести огонь и отогрѣть окоче- нѣвшіе члены. О дунганахъ не было и слуху. — Мы шли, говорилъ Николай Михайловичъ, тою самою тибетскою дорогою, по которой въ теченіе один- надцати лѣтъ не осм-Ьлился пройти ни одинъ караванъ богомольцевъ, собираюіцихся обыкновенно тысячами для подобнаго путешеотвія. Наоъ четырѳхъ разбойники боялись больше, ч'Ьмъ всЬхъ китайскихъ войокъ въ совокупности и избегали встрѣчи. Во время стоянки у Чейбсена вое было покойно, но лишь только мы откочевали въ горы, какъ опять появились дунганы и разбои начались по-прежнему. Подъѣзжая къ самымъ отѣнамъ Чейбоена и хорошо зная, что наоъ тамъ нѣтъ, разбойники кричали: „гдѣ же ваши заш;итники рус- скіе, мы пришли воевать съ ними". Въ отвѣіъ на это мѣотные милиціонеры, вооруженные лишь пиками, да несколькими фитильными ружьями, смиренно оид'Ьли за стѣнами и молили Бога, чтобы окорѣѳ пришли из- бавители руоокіе. Вотъ что значатъ европейцы для азіятскаго люда! Вотъ фактъ, характеризуюіцій насе- леніе внутренней Азіи. Это сплошь одно стадо бара- ') Письмо Пржевальокаго Я. П. Шжшмареву, 15 іюня 1873 г. ') Монголія и страна тангутовъ, ч. I, 263.