b000000926

— 122 — шѳотвѳнники блудили почти на каждомъ пѳрѳходѣ, те- ряли время и дѣлали понапрасну несколько деоят- ковъ липінихъ вѳрстъ. „Въ подобныхъ случаяхъ, говоритъ Николай Ми- хайловичъ ^), вздували нагайкой виновнаго, если уда- валось его отыскать, но по большей части ихъ скры- вали. " Вое это, конечно, служило малымъ утѣпіеніемъ, и въ степи, при невыносимой жарѣ, каждый лишній шагъ ложится тяжелымъ гнетомъ на путника. „Идешь, бывало, часа два, три по утренней прохладѣ, пишетъ Николай Михайловичъ^); наконѳцъ, солнце поднимается высоко и начинаетъ жечь невыносимо. Раскаленная почва пустыни дышетъ жаромъ, какъ изъ печки. Ста- новится очень тяжело: голова болитъ и кружится, потъ ручьѳмъ льетъ съ лица и со всего тѣла, чув- ствуешь полное разслабленіѳ и сильную усталость. Животныя страдаютъ не менѣе насъ. Верблюды идутъ разинувъ рты и облитые потомъ, словно водою. Каза- ки, которые обыкновенно поютъ пѣсни, теперь смолкли и весь караванъ тап];ится молча, шагъ за шагомъ, словно не рѣшаясь передавать другъ другу и'безъ то- го тяжелыя впечатлѣнія". Большое счастіе, если попадется по дорбгѣ какое либо жилье. Тогда путники спѣшатъ къ нему, на- пьются воды, напоятъ лошадей и, намочивъ себѣ го- лову и фуражку, отправляются далѣе. Черезъ полчаса или менѣе, опять все сухо, опять палягцій зной жжетъ по прежнему. Но вотъ, наконецъ, колодезь и пріятное впечатлѣніе видно на всѣхъ лицахъ. Разбивается па- латка, развьючиваются верблюды, стаскиваются въ па- латку необходимый вепди, а посрединѣ ихъ разсти- лаѳтся войлокъ, олужаш;ій постелью. Собравши наскоро аргалу, одинъ изъ членовъ экопедиціи варитъ кир- пичный чай, бывшій зимою и лѣтомъ обычнымъ ') Въ пиоыіѣ I. Л. Фатѣѳву, 2 февраля 1872 года. ") Монголія и страна тангутовъ, Т. I, 147, Разгоряченныыъ верблюдаыъ воды давать нельзя, а необходимо продержать ихъ часа два, пока остынутъ.