b000000926

властей едва-ли они найдутъ что либо другое, какъ покровительство; что-же касается до инсургентовъ, то имя русскаго и отсутствіе всего, что можетъ прельстить алчность разбойничьихъ шаекъ, отклонятъ отъ нихъ всякую попытку къ нападенііо. „Горячо сочувствуя этому полезному для науки путешествію, я съ своей стороны употреблю все ста- раніе къ успѣшному его исходу, и ваше сіятельство можете быть увѣрены, не упущу никакихъ случаевъ быть, по мѣрѣ силъ, полезнымъ учѳнымъ предпріяті- ямъ, прѳдпринимаемымъ географическимъ обществомъ въ этихъ отдаленныхъ отъ Европы странахъ". Экспедиціонный отрядъ состоялъ изъ четырехъ че- ловѣкъ: Пржевальскаго, Пыльцова и двухъ казаковъ, которые впрочемъ должны были быть заменены двумя новыми. Это послѣднее обстоятельство не дозволяло пу- ститься сразу въ глубь Монголіи и Николай Михайло- вичъ прѳдпринялъ сначала изслѣдованіѳ той части мест- ности, которая лежитъ на сѣверъ отъ Пекина къ го- роду Долонъ-нору, и зат-Ьмъ просдѣдовадъ въ Калганъ. Послѣ двухъмѣсячнаго путешествія (мартъ и апрѣль) по юго-восточной Монголіи, экспедиція, нако- нецъ, 24 апрѣля прибыла въ городъ Калганъ, лежащій у подошвы горъ, окаймляюш;ихъ съ сѣвера Китай и польз уюш;ійоя пре;вооходнымъ климатомъ. Это крайній пунктъ, изъ котораго было возможно отирав леніѳ вѣсти о оебЪ въ Россію и гдѣ ожидало путѳшѳотвѳнниковъ съ дѳсятокъ писѳмъ, доставившихъ истинное наслажденіе получившимъ. „Этотъ день, писалъ Н. М. Пржеваль- скій, былъ настояп];ій праздникъ: я могъ хотя мыслен- но понестись туда, гдѣ покину лъ все дорогое. Во всѣхъ письмахъ, какъ отъ частныхъ лицъ, такъ и отъ учѳныхъ обш;ествъ, нахожу самое горячее сочув- ствіе къ предпринятому мною путешествію". Въ Калганѣ предполагалось провести нѣсколько дней и отдохнуть, что было крайне необходимо для путешѳственниковъ. Въ теченіе двухъ мѣсяцевъ была пройдена тысяча вѳрстъ и вся эта мѣстность снята