b000000898

151 ДМИТРІЙ НВАНОВИЧЪ ПИСАРЕВ Ъ. 152 и неопредѣленныя мечты о духовномъ саморазвнтіи подучили болѣе опредѣлепный характеръ. Коредкинъ, увлекал своихъ воспитанниковъ Гоголемъ, очевидно, выбиралъ для чтенія лучпіія его проівведенія н со- вершенно умадчивалъ о посдѣднемъ періодѣ его дѣя- іельности. Друзья же наши, воспринявши оіъ своего учителя поклоненіе Гоголю, сами начали изучать это- го писателя во всѣхъ подробностяхъ его жизни и до- копались, конечно, до „Переписки съ друзьями". При узкомъ кругѣ развитія и темныхъ мечтахъ о духов- ноиъ самосовершенствованіи,' , Переписка съ друзь- ями" цодѣйствовалй, на юношей потрясающимъ обра- зомъ, ло крайней мѣрѣ па одного изъ нихъ. Весь міръ представился нмъ погрязщимъ въ грѣховной, языче- ской суетности. Ужь не говоря о всякаго рода стра- стяхъ и похотяхъ, даіке самыя невинныя развлеченія, въ родѣ куренія табаку, танцевъ и обыденныхъ раз- говоровъ, стали казаться вещами предосудительными, недостойньши мыслящаго человѣка и унижающими его. Мечтатедямъ нашимъ казалось, что въ каждую ми- нуту вся природа человѣка должна быть устремленакъ одному — къ нравственному самосовершенствованііо, къ воплощенію въ своей особѣ идеала истиннаго хри- стіанина; каждое произнесенное слово должно было имѣть высшую цѣль и значеніе, а за. каждымъ безпо- лезнымъ разговоромъ' слѣдовали угрызенія совѣсти. Но такъ-какъ подобнаго рода постоянное напряженіе всѣхъ силъ немыслимо въ природѣ чедовѣка, то за излишними напряженіями должны были слѣдовать истощенія и иаденія; тогда всплывали наверхъ всѣ подавляемьш молодыя страсти и начиналась та, отча- янная борьба съ демонами, которая такъ прекрасно характеризуетъ средневѣковой аскетизмъ. Обурева- емый такимъ образомъ страстями и не въ сидахъ бо- роться съ ними, одинъ изъ нашихъ молодыхъ аске- товъ (другой былъ бодѣе спокойнагр и флешатиче- скаі'о темперамента и демоны не смущали его такъ, какъ перваго) придумалъ слѣдующій выходъ; ему представилось, что та же самая борьба, которая такъ тяжела и невыносима для человѣка, замкнутаго въ въ самомъ себѣ, съ его одиночными силам;и, будетъ не въ примѣръ легче, когда подвилшичество будутъ раз^ дѣлять нѣсколько людей и помогать другъ другу въ борьбѣ со страстями и въ нравственномъ самосовер- шенствованіи; къ тому , же, высшая цѣдь мыслящаго человѣка заключается, не въ одномъ личномъ самосо- вершенствованіи, а въ томъ, чтобы всѣхъ окружаю- щнхъ людей дѣдать мыслящими и подымать до, своего идеала. Вслѣдствіе этихъ соображеній, молодой аскетъ задумалъ основать „общество мыслящихъ людей", съ колоссальною дѣдію возродить въ мірѣ христіанство въ его истинномъ, идеальномъ смыслѣ. Дроектъ свой онъ сообщилъ нѣкоторымъ изъ своихъ бывшихъ то- варищей по гимназіи, и они всѣ тотчасъ же увлеклись , этимъ проектомъ. Общество возникло на слѣдующихъ основаніяхъ: каждую недѣлю должны происходить общія собранія для благочестивыхъ разговоровъ и взаимной нравственной поддержки, причемъ члены общества должны особенныя усилія употреблять для поддержки и спасенія того изъ ихъ братьевъ, кото- рому невыносимо станетъ бороться со страстями и онъ воззоветъ къ нпмъ о помощи; въ то же время каждый членъ долженъ заботиться о расиространеніи общества носредствомъ увлеченія кого-нибудь изъ своихъ близкихъ и знакомыхъ на дорогу высшаго, духовнаго саморазвитія. Такого рода неофиты назы- вались въ общесіъѣ оглашенными, и иногда эти огла- шенные призывались въ общія собранія для того, что- бы они поучались и утверждались на новой дорогѣ. До какого фантастнческаго сумасбродства и фана- тизма доходили нѣкоторые члены общества, мож- но видѣть изъ сдѣдующаго примѣра. На одномъ изъ засѣданій былъ поднять вопросъ объ отношеніяхъ мелсду мужчинами и женщинами. Женщинъ въ этомъ обществѣ не было, но предполагалось, что съ распро- страненіемъ общества будутъ въ немъ участвовать и женпщны. Каковы же должны быть отношенія между мужчинами и женщинами въ духѣ высшаго духовнаго саморазвитія? Очевидное дѣло, что между мужчиною и женщиною должна быть только высшая, всеобъемлю- щая духовная любовь христіанина къ христіанину, такой же нравственный союзъ для взаимной поддерж- ки, какъ и между всѣми членами общества безъ раз- дичія пола; а такъ-какъ малѣйшее нечистое , помыш- леніе унижаетъ уже мыслящаго человѣка, то половыя влеченія должны быть совершенно исключены изъ отношеній мужчинъ къ женщннамъ. „Прекрасно, воз- ражали нѣкоторые скептики: но что же будетъ, когда общество наше возростетъ до того, что прйметъ въ свои нѣдра все человѣчество, и человѣчество, слѣдуя принципамъ нашего общества, отвергнётъ всякую плотскую связь между мужчиною и женщиною; тогда чедовѣчество, а слѣдоватѳльно и общество наше, прр- существуетъ всего 100 лѣтъ, пока не умретъ по- слѣдній членъ его и вмѣстѣ съ нимъ не вымретъ все человѣчество"? Тогда скептикамъ возражали: ,во- первыхъ, пусть, лучше человѣчество, достигнувши высшей своей цѣли и назначенія, вымретъ въ теченіе 100 дѣтъ, нежели оно тысячелѣтія будетъ погрязать въ грѣхѣ, суетности и униженіи; а вовторыхъ, какъ дерзаете вы извѣдать всѣ тайны всеблагаго и все- сильнаго Провидѣнія? Въ награду за такое подвижни- чество человѣчества, въ его власти сниспослать чудо ж сдѣлать людей безсмертными,' или же, можетъ быть, Провидѣніе устроитъ, что люди будутъ рождаться ка- кимъ нибудь чудёснымъ . образомъ, помимо плотскаго грѣха". Скептикамъ нечего было возражать на такіе доводы, и они смолкали. Вся эта исторія продѣлывалась въ концѣ 1857 г., когда члены общества мыслящихъ людей были уже во второмъ курсѣ. Незадолго до этого времени Писаревъ сошелся съ одшшъ студентомъ Тр., и вскорѣ между ними завязалась такая дружба, которую мало _ было назвать даже дружбою, а скорѣе влюбчивостью, къ ка- кой бываютъ способны юноши 17 и 18 лѣтъ. Влюб- чивость эта повела къ тому, что Писаревъ переѣхалъ на квартиру къ Тр. и началъ жить съ ниъ въ одной комнаткѣ на чердачкѣ, а Тр. перешелъ изъ математи- ческаго факультета на филологическій. — Тр. былъ однимъ изъ членовъ общества мыслящихъ людей, и къ нему очень часто, ходилъ основатель этого общества бесѣдовать о внутреннемъ саморазвитіи. Очевидное дѣло, что Писаревъ, былъ одинъ изъ нервыхъ, кото- рыхъ общество избрало отлтенішмъ, и Тр. внѣстѣ еъ