b000000898

149 ДМЙТРІЙ ЙВАНОВЙЧІ ПИСАРЕВЪ. 150 Писарева въ первомъ курсѣ университета,' онъ былъ совершеннымъ ребенкомъ и оставался тѣмъ же ири- лежнымъ гимназистоиъ, какиіъ былъ, по всей вѣроят- ности, въ гииназіи. Одинъ изъ нашихъ однокурсни- ковъ, П. Полевой, напечаталъ въ „Спб. Вѣдомостяхъ", вскорѣ послѣ смерти Писарева, нѣсколько воспомина- ній о студенческихъ годахъ Писарева, въ которыхъ онъ представляетъ Писарева сосредоточеннымъ въ себѣ, вѣчно спокойншіъ ихолоднымърезонеромъ, жив- ш тшъ исключительно головою и напуекавшимъ на себя нѣкоторую важность всдѣдствіе ребяческаго сознанія своего студенческаго достоинства. Что онъ нѣсколько ішпонировалъ своимъ студенческимъ мундиромъ, это, можетъ быть, и было и это было весьма естественно; Писаревъ самъ говоритъ въ статьѣ „Университетская наука " : „ даже внѣшніе аттрибуты студенчества каза- лись мнѣ привлекательными: синій воротникъ, безвред- ная шпага, двуглавые орлы на пуговицахъ — все это нравилось мнѣ, какъ „вещественные знаки невеще- ствѳнныхъ отнопіеній". Что же касается мнимой хо- лодности и житья головою, то въ этомъ я совершенно несогласенЪ съ Полевымъ; нащютивъ того, Писаревъ всегда былъ человѣкъ весьма впечатлительный и спо- собный увлекаться до безумія, что онъ доказалъ въ своей жизни неоднократно, и изъ университетскаго періода его жизни я помню два случая его увлекае- мости: одинъ разъ онъ пришеЛъ въ такой энтузіазмъ на одной студенческой сходкѣ, что расплакался, а въ другой разъ, во время нѣкоторыхъ недоразумѣній, происшедшихъ между студентами и однимъ изъ про- фессоровъ, увлекся до того, что легъ па стодъ и на- чалъ барабанить ногами въ стѣну, за которой сидѣлъ профессоръвъаудиторіи, гдѣ въ это время происходилъ скандалъ. Юноша крайне неразвитой и въ то же время нерв- ный, впечатлительный и воспріимчивый, очевидно, онъ долагенъ былъ подчиниться первому вліянію, ко- торое ему было суждено встрѣтить въ жизни. Въ своей статьѣ „Университетская наука" Писа- ревъ подробно и мѣтко характеризуетъ профессоровъ того факультета, на который онъ поступилъ; изъ этой статьи читатель можетъ составить ясное понятіе, могли ли оказать на Писарева какое бы то ни было вліяніе профессора, изъ которыхъ одинъ засадилъ Писарева за энциклопедію Эрша и Грубера, а другой защзегъ его въ Вильгельма Гумбольта. Между тѣмъ, ' какъ Писаревъ скучалъ надъ Эршемъ и Груберомъ и киснулъ на,буквѣ"'А этой экциклоиедіи, между тѣмъ какъ онъ механически извлекалъ и переводилъ бро- шюру Штейнталя и книгу Гайма, не въ силахъ бу- дучи осмыслить того, надъ чѣмъ онъ такъ усердно трудился, разговоры и споры товарищей его о различ- ныхъ животрепещущихъ для него въ то время вопро- сахъ, очевидно, должны были оказать болѣе вліянія на ходъ и наиравленіе его мыслей, чѣмъ вся факуль- тетская ученость взятая вмѣстѣ; тѣмъ болѣе, что эти разговоры и споры велись' на языкѣ болѣе понятномъ для неразвитаіо юноши, чѣмъ языкъ Гайма и Штейн- таля и больше касались его личности. Здѣсъ- нужно замѣтйть, что Писаревъ, прежде нежели попасть въ филологйческій кружокъ сиеціалистовъ, о которомъ онъ говоритъ въ своей статьѣ „Университетская на- ука", былъ увлеченъ въ иной крулюкъ весьма оригй- нальнаіо свойства. Въ Ларинской гпмназіи былъ нѣкогда преподава- - тель русскаго языка Николай Павловичъ Корелкинъ. Человѣкъ энергическій, живой, горячій, онъ былъ сво- его рода свѣтиломъ среди гимназическихъ преподава- телей своего времени, и воспитанники, на которыхъ онъ пройзводилъ самое обаятельное вліяніе, никогда его не забудутъ. Поклонникъ Гегеля и Вѣлинскаго, почитатель Гоголя, онъ былъ слишкомъ живой чело- вѣкъ, чтобы вносить въ иреподаваніе и пропаганди- ровать какую либо узкую схоластическую ученость. Восиитанники его въ шестомъ классѣ улге- были зна- комы близко со многими произведеніями русской лите- ратуры и зачитывались Гоголя. О Вѣлинскомъ Корел- кинъ не говорилъ ни слова; въ то время имя это было одно изъ самыхъ запрещенныхъ въ стѣнахъ гиина- зіи, но это не иѣшало ему проводить идеи и взгляды Бѣлйнскаго на русскую литературу. Въ 1855 году Н. П. Корелкинъ умеръ, и надо сказать, что внезап- ная смерть его произвела на двухъ изъ его воспитан- никовъ 6-го класса гораздо сильнѣйшее впечатлѣніе, чѣмъ всѣ его горячія рѣчи и наставленія. Икъ пока- залось, что міръ оиустѣлъ съ его смертію; • онъ сдѣ- лался въ ихъ глазахъ нредметомъ поклоненія; каж- дое слово его, запечатлѣнное въ ихъ памяти, ияѣло въ ихъ глазахъ неприкосновенность святыни; они со- бирали и сохраняли каждый его ничтолшый автографъ. Въ то же время вся окрулсающая ихъ обстановка по- казалась имъ вдвое будничпѣе, пошлѣе и грязнѣе со смертію этого человѣка, и они исполнились ожесточен- наго протеста противъ этой обстановки. Они соедини- лись въ тѣспую дружбу й рѣшились въ память не- забвеннаго человѣка посвятить всю жизнь свою внут- реннему, духовному саморазвитію. Въ мечтахъ объ этомъ духовномъ саморазвитіи ирошелъ послѣдній годъ пребыванія ихъ въ 7-мъ классѣ. Все время они посвящали тому, что сходились бесѣдовать о взаим- номъ внутреннемъ саморазвитіи, все болѣе и болѣе знакомились съ русскою литературою, кончая, впро- чемъ, только Гоголемъ, и писали различпыя повѣсти, драмы и коиедіи. Въ то же время къ гимназическому начальству со всѣии его жиденькими учебниками, уізо- ками, баллами, они относились съ явнымъ пренебре- женіемъ, выказывая это пренебрежете открытьши за- явленіями презрѣнія къ ихъ преиодаванію. Какъ схо- дили имъ эти открытые протесты и какъ они, при всемъ томъ, получили аттестаты, — это можно объ- яснить только суровостью того времени, въ которое директора заботились не о томъ, чтобы обнаруживать скандалы, а напротивъ того, всячески замазывать; въ то время хорошимъ директоромъ считался такой, у котораго' воспитанники оказывали постоянное безпре- кословное и невозмутимое повйновеніе, тогда-какъ малѣйшая строптивость со стороны ученика могла пов- редить директору не менѣе, чѣмъ и ученику, который бы рѣшился оказать неповиновеніе. По выходѣ изъ гимназіи, дружба двухъ юношей не разорвалась, а сплотилась еще крѣпче, несмотря на то, что они пошли по разішмъ дорогамъ: одинъ по- ступилъ въ университетъ на филологическій факуль- тетъ, а другой пошелъ въ моряки. Мало по малу общія