b000000898

63 ПРУДОНЪ ОВЪ ЙСКУССІВѢ ж САТУРНАЛІИ ИАШаХЪ ЭСТЕГИКОВЪ. 64 наго образованія въ нашемъ обществѣ. Только рас- ки можетъ хоть сколько нибудь пошатнуть эту заста- пространевіе положительныхъ знаній въ массѣ публи- рѣлую теоріво. ОРУДОНЬ ОБ'Ь ЩУМТВВ и САТУРНАЛ1И НАШИХЪ ЭСТЕТИКОВЪ. Искусство, его основанія и общественное назначгеніе. П. Ж. Прудона, переводъ подъ рѳдакціею Н. Еу- рочкина. О.-Петербургъ, 1865 . г. — О значеніи искусства въ цивилизаціи, Эдеіьсона. С.-Пѳтѳрбургъ, 1867 г.— Явіѳнія русской жизни, подъ критикою эстетики, Е. Одучевскаго: 1) Прудоиъ объ иевусствѣ, его пере- водчики и критики, 1866 г. 2) Эететичѳскія отношенія искусства къ дѣйетвительностл, соч. Ч. 1866 г. 3) О томъ, каігъ Писаревъ эстетику разрудіалъ, 1Ь67 г.— Наши идеалисты и реалисты, А. Неішрбвскаго, С.-Петербургъ, 1867 г. Реалнзмъ, какъ новая система міросозерцанія, под- ній, если вдумается въ эти двѣ идеи, поставленныя ведя свои итоги подъ всѣ элементы человеческой при- вмѣстѣ въ вышеупомянутой брошюрѣ, пойжетъ, что- роды, не могъ не коснуться и сферы искусства. Каж- цѣль брошюры доказать не ничтожество искусства дая новая систеиа не иначе можетъ быть введена въ вообще, а ничтожество его въ таконъ только случаѣ, человѣческое мышленіе, какъ съ усдовіемъ разрушенія если мы будемъ смотрѣть на него съ узкой точки зрѣ- старой. Такииъ образомъ, реализмъ для того, чтобы нія старой эстетики. Слѣдовательно, цѣль брошюры утвердить свои новые взгляды на искусство, прежде не отвергнуть искусство, а напротивъ того, расширив- всего долженъ былъ разрушить старые, выходившіе ши его сферу придать ему гораздо болѣе значенія, чѣмъ изъ Гегелевской системы чистаго идеализма. Этимъ оно имѣетъ съ точки зрѣнія старыхъ эстетиковъ, и онъ и занялся, какъ на Западѣ, такъ и у насъ. Въ если брошюра отвергаетъ что либо, то не самое искус- нашей литературѣ авторъ „Эстехическпхъ отношеній ство, а обветшалую теорію гегеліанцевъ. По этой до- искусства къ дѣйствительности'' сдѣлалъ первую по- рогѣ шли, съ большимъ иди меньшимъ талантомъ, так- пытку пошатнуть устарѣлые взгляды на искусство томъ и ііослѣдовательноетыо, всѣ реалисты, высту- эсгетиковъ чистаго вдеализма. Вслѣдъ за нжаъ высту- пившіе на сцену дослѣ появленія вышеупомянутой пили на сцену Добролюбовъ и прочіе писатели той же брошюры. И всѣ они безъ исключенія были постоянно школы. Всѣ они, несмотря на разногласія между собою обвиняемы въ униженіи искусства, въ подчиненіи его въ частностяхъ, стремились къ одному: разрушить вопросамъ дня, въ отрицаній его. Среди ожесточен- старую эстетику, и всѣ они прослыли со стороны эсте- ныхъ споровъ между обоими лагерями, пояВленіе кни- тиковъ старой школы — отрицателями искусства, точно ги Прудона , Искусство" произвело не'обычайныя са- какъ будто искусство и эстетика, наука объ иску сствѣ — турналіи въ лагерѣ нашихъ' эстетиковъ. Извѣстно, одно и тоже, и точно, какъ будто, разрушая какую ни- что наши доморощенные мыслители гегелевской школы будь теорію, мы неиремѣнно отрицаръ и тѣ предметы, мало знакомы съ иностранными книгами, исіслючая которыми она занимается, т. е. отвергая солнечную развѣ двухъ, трехъ книженокъ, особенно близкихъ ихъ систему Птоломея, мы тѣмъ самымъ отвергаеаъ соли- сердцу. Стороною они слышали, что есть во Фрзнцін це, луну, звѣзды и землю, на которой живемъ. политико-эконоііъ, который называется ПрудонОмъ, Сіарая школа эстетиковъ видѣла въ искусствѣ вос- что' этотъ Прудонъ улсасный нѳчесійвецъ и всеотри- произведеше дѣйствительности, исключительно подъ цатель... Подъ именемъ нечестивца и всеЬтрпцателя условіемъ созерцанія иредаснаго, а прекрасное, по ея передъ ними рисовался, конечно, человѣкъ, не при- мнѣнію, заключалось въ соотвѣтствіи идеи съ формою, знающій ни паукъ, ни искусствъ, а однѣ только ариф- Авторъ „Эстетпч. отн. искусства къ дѣйствитель- метическія цифры. Каково должно было быть удивлёг ностп" ировелъ въ своей брошюрѣ двѣ идеи въ под- ніе ихъ, когда вдругъ вышелъ въ русскомъ пёреводѣ рывъ этой теоріи: 1) если мы будемъ ограничивать невѣдомый имъ трактатъ объ искусствѣ этого чудо- искусство сферою воспроизведенія прёкраснаго, то вища отрицанія. Арифметчикъ, да еще какой ехидный этимъ мы лишимъ его всякаго змаченія, потому что арифметчикъ, дерзнулъ вдругъ втортуться незван- оно безсильно воспроизводить прекрасное, которое въ ный, негаданный въ священный храмъ эстетики!., жизни всегда выше, чѣмъ въ искусствѣ; 2) а если мы Съ жадностью накинулись эстетики на эту книгу, ожи- захотимъ признать за иску сствомъ какое-либо значе- дая найдти въ ней бездну отрицанія, и каково же ніе, то мы должны расширить его сферу; и если мы должно было быть ихъ остолбѳнѣніе, когда они на стра- сдѣлаемъ это, сказавши, что искусство имѣетъ цѣлью ницахъ трактата не только не нашли никакого отри- восироизводить не одно только прекрасное, а вообще цанія искусства, а, напротивъ того, встрѣтили многіе вЖизнь", тогда произведенія искусства получать свое взгляды, милые ихъ сердцу, взгля;і,ы, основанныё на большее -или меньшее значеніе, смотря но тому, болѣе томъ же гегелевскомъ идеализмѣ, который составляетъ иди мёпѣе глубоко и широко восироизводятъ они жизнь, для нихъ альфу и омегу человѣчеСкой мудрости. Всякій благомысляп^ читатёль безъ предубѣжде- Остолбенѣніе ихъ вскррѣ свѣнилось умиленіемъ, и они