b000000898

795 ТРИ ЧЕЛОВѢЕА СОРОЕОВЫХЪ ГОДОВ Ъ. 796 нить на пути цивишаціи дряхлѣющіі міръ („Ста- рый міръ и Россія"). Брань н насмѣшки посыпались тогда со всѣхъ сторонъ на Герцена отъ нѣмецкихъ и англійскЕхъ публщистовъ. Одни говорили, что въ этихъ пиоьмахъ Герценъ ставнтъ въ образецъ и иде- адъ — крѣпосткое соетояніе; другіе обвиняли Герце- на въ предположѳніи завоевать иѳ только Еонстанти- нололь, но н Вѣну; третьи считали ложью и вщум- конвсе сказанное Герценомъ о сельской общинѣ. яОнъ дошелъ до того — восклицаетъ одинъ изъ пуб- .іицистовъ — что даже въ устроаствѣ украннскихъ казаковъ старается показать начала демократтескія, почти республнканскія * . Такъ тянулась жизнь Герцена до 1855 года, ког- да рядъ вѣстеЁ, внезапно нахльшувшихъ изъ Россіи, одна другой свѣтлѣв н радостнѣе, возбудили въ Гер- ценѣ новый энтузіазмъ, удесятерили, какъ онъ выра- жается, надежды и силы. Здѣсь начинается новый п дослѣдніі леріодъ дѣятедьности Герцена. Подроб- ное разсжотрѣніе этого иеріода не входитъ въ наше обозрѣніе,жмѣющее цѣлыо лишь очертить иредѣлы раз- витая шсля въ передовыхъ кружкахъ нашего обще- ства 40-хъ годовъ и обозначить три грани этого раз- витія. Мы ограничимся только нѣскодькиви заиѣча- ніяш касательно общаго характера убѣжденій Герце- на въ этотъ поелѣдніі періодъ его, жизни. Этотъ періодъ ознаменовался, вакъ извѣстно, из- даніежъ , Колокола*. Жзданіе „Колокола" навлекло на Герцена всего болѣе обвинешй въ безпдоднолъ агжтаторствѣ, въ растлѣнін цѣдаго поколѣнія. О немъ составилось понятіе, какъ о револіоціонерѣ, которыЁ ни о чемъ болѣе не іечтаетъ, важъ о разрушеншвся- каго порядка, семья, собственности, о пролитін морей крови и цр... я не буду входить . въ разбирательство причинъ составленія о Герценѣ подобнаго мнѣнія, предостав- ляя это дѣло ксторіи. Я огранжчивав)сь только ува- заніемъ читатѳлямъ на то бьющее въ глаза нротиво- рѣчіе, что именно въ то время, когда о Герценѣ со- ставлялось подобное мнѣніе, онъ высказываіъ саиыя умѣренныя убѣжденк. Для примѣра достаточно пред- ставить отношеніе Герцена къ тремъ сдѣдующшъ другъ за другомъ фаваяъ броженія бО-хъ годовъ. Въ первый періодъ броженія на гдавпомъ планѣ стоялъ крѳстьянсЕІІ вонросъ. Общество' было испол- нено сжутшхъ тревогъ. .Іюдк еажыхъ противоподж- нжхъ партій ждали, что этотъ вопросъ разрѣшжтся потрясеніеіъ всего общественнаго строя. Между тѣмъ, Герценъ въ это время оъ евѣтлыжъ энтузіазиомъ при- вѣтствовалъ въ своеіъ яЕоіоколѣ* начпнанія пра- вительства. Онъ доказывадъ, что разрѣшеніе этого вопроса правильно, т.-е. съ надѣложъ землей, не только не жожетъ повестн къ рево.!шціж, а еще бодѣе привяжегь народъ къ нравительетву. Со всѣхъ сто- ронъ сыпались къ нему письма, обвшявшія его въ умѣренност Отъ него ждаж какой-нибудь реводщ- ціонноі жроірашш. Жо Герценъ отвѣчалъ на всѣ эти обвиненія и ожидавія, что рждѣвиш, что на знамена нов»о движенія въ Россін стоить не конститущія, не республика, не жаірдаиентъ, не муниципальная сво- бода, не война съ Івстріеі, не завовваніе Турціи, а освобождшіе крестьянъ съ землей — онъ броеидъ все и прилѣнился къ этому жизненному вопросу для Рос- сіи, что въ этомъ причина всего успѣха » Колокола". Если же среди распрей, споровъ и общественной борьбы изъ-за крестьянскаго вопроса, яКолоколъ" сталъбы звонить всемірной республикѣ о солидарности наро- довъ, то читатели яКолокола' не замедлили бы ска- зать: что вы намъ толкуете о всемірной республикѣ, которой нигдѣ нѣтъ, о братствѣ народовъ, которые вездѣ рѣжутся; мы все это читали въ Руссо и Воль- терѣ, въ нсторіи первой револщіи ж газетахъ 1848 года. У насъ теперь забота растолковать, что такое усадебная земля и сколько деоятинъ пашни дать кре- стьянину — ну, гдѣ же читать ваши деклаіаціи? Послѣ того началась эпоха прокламацій и крас- ныхъ призраковъ. Герценъ не замеддидъ осмѣять со- ставите! прокламацій. Онъ сравнидъ ихъ съ дѣтьмп, которыхъ восхищаетъ терроръ революцій, какъ .дѣ- тей— терроръ- сказокъ съ своими чародѣями и чудо- вищами. При этомъ онъ категорически объявилъ, что онъ давно разлюбилъ обѣ чаши, подныя крови, стат- скую н военную, и равно не хочетъ пить изъ черепа боевыхъ враговъ, ни видѣть голову герцогини Лам- баль на никѣ, что какая бы кровь ни текла, гдѣ-ни- будь тежутъ слезы, что французскіі терроръ всего мепѣе возможенъ у насъ, такъ-какъ у насъ нѣтъ ни новыхъ догжатовъ, ни кровавыхъ катехизисовъ для оглашенія; нашъ переворотъ долженъ начаться съ сознательнаго возвращенія къ народному благу, къ началамъ, пржзнаннымъ народнымъ смысломъ и вѣ- ковыиъобычаемъ. Закрѣпдяяправо каждаго на землю, т.-е. ѳбъяв.щя землю тѣмъ, чѣжъ она есть — неотъ- еммлюю сттіей, мы только подтверждаемъ и обоб- щаемъ народное понятіе объ отношеніи человѣка къ землѣ. Отрекаясь отъ формъ, чуждыхъ народу, втѣс- ненныхъ ему полтора вѣка назадъ, мы продолжаемъ прерванное ж отклоненное развитіе, вводя въ него новую силу мысли, науки. Наконецъ, пока фактиче- ски земля подъ нимъ, народъ не подымется. Для на- рода подняться трудно; это не рискъ своимъ дицомъ, не каторга, не палачи, а нолное разореніе семьи, не- вспаханное поле, голодння дѣти, саранча постоя... Совершенно на такжхъ же основашяхъ возсталъ впосдѣдствіи Герценъ ж противъ краінихъ западныхъ кожмунжстовъ въ своихъ вПисьмахъ въ старому то- варищу", напечатанныхъ въ сбоішикѣ посмертныхъ статей А. И. Герцена. По мнѣнію Герцена, если по- нятія государства, суда, сжльны и крѣпки, то еще крѣпче укоренены понятіа о семьѣ, о собственности, о насіѣдствѣ. Отрицаніе собственности само по себѣ безсмысдица; видоизмѣненіе ея, въ родѣ перехода изъ лично! въ коллективную, неясно и неопредѣденно. Крестьянину на Западѣ такъ же необходимо приви- лась его любовь къ своей землѣ, какъ въ Россіи легко понимается крестьянствожъ общинное вдадѣніе. Соб- ственность, и особенно поземельная, для западнаго человѣка представлялась оевобожденіемъ, его само- бытностью, его достоинствомъ и вѳличайшимъ граж- данскшъ значеніемъ. Жожетъ быть, онъ убѣдится въ невыгодѣ безпрестанно крошащихся и дробныхъ участвовъ ж въ выгодѣ свободнаго хозяйства, общин- ныхъ запашекъ полей; но какъ же его , безъ пржстра- сгія® уломать, чтобъ онъ спервоначала отказался