b000000898

769 ТРИ 1ЕЛ0ВѢКА СОРОКОВЫХЪ годовъ. 770 невозможное въ дѣйствительности, имѣетъ мѣсто только въ человѣческомъ мышленіи. Диллетанты ча- сто предлагаютъ въ различныхъ видахъ вопросъ: якакъ безвидное внутреннее превратилось въ види- мое внѣшнее, а что оно было прежде существованія внѣшняго?' Но, по мнѣнію Герцена, наука потому не обязана на это отвѣчать, что она и не говорила, что два момента, существующіе, какъ внутреннее и внѣш- нее, можно разъять такъ, чтобы одинъ моментъ имѣлъ дѣйствительность безъ другого. Въ абстракціи, разу- мѣется, мы можемъ отдѣлить причину отъ дѣйствія, ' силу отъ ироявленія, субстанцію отъ наружнаго. Но диллетантамъ не того хочется: имъ хочется освобо- дить сущность, внутреннее такъ, чтобы можно было посмотрѣть на него; они хотятъ какого-то предметна- го существованія его, забывая, что предметное суще- ствованіе внутренняго есть именно внѣшнее; внутрен- нее, не имѣющее внѣпшяго, просто— безразличное ничто. Жизнь жива, какъ все органическое живое, только какъ цѣлостность. При разъятіи на части, душа ея отлетаетъ и остаются мертвыя абстракціи съ запахомъ трупа. Если хотите, и здѣсь есть еще слѣды дуализма въ томъ отношеніи, что, все-таки, допускается внѣшнее и внутреннее не но отношеаію только къ субъекту, наблюдающему міръ, но какъ нѣчто дѣйствительно существующее въ вещахъ, то- есть, какъ будто вещи сами по себѣ имѣютъ наруж- ную форму и внутреннее содержаніе, которое выра- жается въ этой внѣшней формѣ, но, во всякомъ слу- чай, и въ томъ былъ большой уже шагъ впередъ, что внутреннее и внѣшнее представляются здѣсь связан- ными въ одно бѳзраздѣльное цѣлое. Такое представ- леніе возвышаетъ внѣшній міръ въ глазахъ мысли- теля, вопреки всѣмъ ученіямъ, основаннымъ на пре- даніи; внѣшній міръ съ этой точки зрѣнія представ- ляется уже не рядомъ относительныхъ, преходящихъ, неразумныхъ случайностей, служащихъ только для противоиоставленія безусловной идѳѣ, въ которой будто кроется вея сущность бытія. Напротивъ того, связанный безраздѣльно съ своимъ внутреннимъ со- держаніемъ, онъ самъ въ себѣ представляется испол- яенныяъ творческихъ сжлъ, обусловливающихъ бы- тіе, жизнь, прогресъ. Прямой выводъ изъ такого нредставленія — апоѳеозъ природы и вѣнца ея творче- ства — человѣка. По мнѣнію Герцена, человѣкъ не внѣ природы и только относительно противоположенъ ей, а не въ са- момъ дѣлѣ; еслибы природа дѣйствительно противорѣ- чила разуму, все шатеріальное было-бы нелѣпо, не цѣлесообразно. Мы привыкли человѣческій йіръ от- дѣлять каменною стѣной отъ міра природы — это не- справедливо; въ дѣйствительности вообще нѣтъ ни- какихъ строго-проведенныхъ межей и граней, кЪ ве- ликой горести всѣхъ систематиковъ; но въ этомъ случаѣ, сверхъ того, упускаютъ изъ виду, что чело- вѣкъ имѣетъ свое міровое призваніе въ той-же самой природѣ, доканчиваетъ ее возведеніемъ въ мысль; они противоположны такъ, какъ полюсы магнита, или, лучше, какъ цвѣтокъ противоположенъ стеблю, какъ солома колосу. Все то, что неразвито, чего недостаетъ природѣ, то есть, то развивается въ человѣкѣ: на чемъ-же можетъ основаться дѣйствительная проти- СОЧННЕШЯ А. СКАВНЧЕВСКАГО. воположность ихъ? Это былъ-бы бой неравный и не- возможный. Природа не имѣетъ силы надъ мыслію, а мысль есть сила человѣка; природа — какъ греческая статуя: вся внутренняя мощь ея, вся мысль ея— ея наружность; все, что она могла собою выразить, вы- разила, предоставляя человѣку обнаружить то, чего она не могла; она относится къ нему, какъ необходи- мое предшествующее, какъ предположеніе (ТогаиввеІ;- гипд); человѣкъ относится къ ней, какъ необходішое, послѣдующее, какъ заключеніе(8оЫи88). Жизнь при- роды — безпрерывное развитіе, развитіе отвлеченнаго простого, неполнаго, -стихійнаго — въ конкретное, полное, сложное, развитіе зародыша разчлененіемъ всего заключающагося въ его понятіи, и всегдашнее домогательство вести это развитіе до возможно-пол- наго соотвѣтствія формы содержанію — это діалекти- ка физическаго міра. Всѣ стремленія и усилія приро- ды завершаются человѣкомъ; къ нему они стремятся, въ него впадаютъ они, какъ въ океанъ, Съ этой точки зрѣнія, гегелевская діалектика слу- жила Герцену вовсе не ря того, чтобы мирить фило^ лософію съ нреданіемъ и не для того, чтобы, созерцая дисгармонію различныхъ противорѣчій въ жизни, на- ходить ихъ примиреніе въ абстрактномъ мышленіи. Для него недостаточно было снятія этихъ противорѣ- чій въ умѣ философа; онъ вѣрилъ, " что сама жизнь, независимо отъ мышленія, миритъ нротиворѣчія и снимаетъ ихъ въ своемъ прогресивномъ процессѣ; въ этомъ онъ видѣлъ всю ея сущность, все то, что онъ называлъ цѣлесообразностью природы. Это была его вѣра, тотъ рай, въ который онъ уповалъ, въ кото- ромъ видѣлъ выходъ изъ того мрака безъисходныхъ протйворѣчій и рефлексій, въ которыхъ путались всѣ его современники, и который именно онъ и называлъ сумерками, бгиЬеІи. На этой вѣрѣ въ снятіе противорѣчій процессомъ самой жизни и основывается весь философскій ана- лизъ Герцена. Люди не понимаютъ науки, относятся къ ней ложно, не находятъ въ ней примиренія, какое она можетъ дать, потому что они раздвоились, по мнѣнію Герцена: съ одной стороны, ему представляет- ся масса диллетантовъ и романтнковъ, съ другой — цехъ записныхъ спеціалистовъ и буддистовъ въ нау- кѣ. По этимъ четыремъ категоріямъ расположены и статьи Герцена, нричемъ каждой категоріи посвя- щается особенная статья. Диллетанты и романтики не находятъ примиренія въ наукѣ, проклинаютъ ее; спеціалисты- и буддисты, напротивъ того, находятъ ложное примиреніе въ ея буквѣ, не проникая въ ея сущность, не внося ея въ жизнь. Диллетанты смотрятъ въ телескопъ: отъ того ви- дятъ только тѣ предметы, которые, по меньшей мѣрѣ, далеки, какъ луна отъ земли, а земнаго и близкаго ничего не видятъ. Ученые смотрятъ въ микроскопъ и потому не могутъ видѣть ничего большого; для того, чтобы быть ими замѣченнымъ, надобно быть незамѣт- нымъ человѣческому глазу; для нихъ существуетъ не кристальный ручей, а капля, наполненная гомеопати- ческими гадами. Диллетантъ занимается всѣмъ ксіЬа- Іа, да еще, сверхъ того, тѣмъ, чего знать нельзя, т.-е. мистицизмомъ, магнитизмомъ, физіогномикой, гомео- натіей, гидронатіей и пр. Ученый, наоборотъ, посвя- 25