b000000898

41 РУССКОЕ НЕД оные ЛІЕ. 42 стаии йдутъ лишь объ основаніяхъ критическаго отно- шенія къ вещамъ; идеалисты говорятъ, что' такое от- ношеніе можетъ быть основано на ацріорическихъ на- чалахъ чистаго разума, а реалисты строятъ его на на- чалахъ индуктйвныхъ изслѣдованій; но обѣ школы нисколько не сомнѣваются въ тоиъ, что на іо и данъ чёлбвѣку разумъ, чтобы относиться ко всему критиче- ски. Такимъ образомъ, съ точки зрѣнія героевъ рома- на, нигилистами слѣдуетъ назвать не однихъ только иослѣдователей иоложйтёльной философіи, а и гегели- стовъ, ишеллингистовъ, и кантистовъ, и спинозистовъ, однймъсловомъ,веѣхъевропейскихъ мыслителей, вклю- чая Бэкона и" Декаріа. Курьезнѣе всего здѣсь, между прочнмъ, то, ЧТО' Паівел^ Пізтровичъ противоиостав- ляётъ критическое отношеніёкъ вещамъ и принципы, полагая,' что' принципы суть непремѣнно нѣчтб приня- тое на вѣру, безъ всякой провѣрки критики. Но поче- му же принципы не могутъ быть принимаемы на кри- тическйхъ основаніяхъ? Да и при какихъ условіяхъ человѣкъ будетъ стоять на бодѣе твердой почвѣ: тогда ли, когда онъ будетъ слѣдовать въ жизни какому-либо принципу, слѣпо принятому на вѣру, или когда онъ этотъ самый принцигіъ провѣритъ на основанін ка- кихъ^либо критическихъ данныхъ: Я, напримѣръ, слѣ- дуіо принципу: не дѣлать вреда ближнему; неужели же меня можно назвать нигилистомъ, и я буду обитать въ безвоздуйнёмъ пространСтвѣ, если я буду знать на основаніи такихъ-то и тархъ-то данныхъ, что не слѣдуётъ вредить ближнему? Напротивъ того, я скорѣе буду стоять гдѣ-то въ облакахъ нигилизма, если я не буду дѣлать вреда ближнему, не отдавійя себѣ отчета въ этомъ, потому только, что другіе уважае- мые мною люди посовѣтовали мнѣ поступать такимъ образомъ. Задавшись, мыслью, что молодежь по своему но- вому міросбзерцанію должна непремѣнно все отрицать, Тургеневъ не только отцовъ заставляетъ разоуждать объ отрицаніи дѣтёй, но и въ уста дѣтей вкладываетъ фразы въ родѣ слѣдующихъ: — «Мы дѣйетвуемъ въ силу того, что мы признаёмъ пожѳзнымъ, промоівшъ Базаровъ. — Въ теперешнее время полезиѣе всего оіприцате,—мы отрищаемъ. — Все? . — Все. — Еакъ? не только искусство, поэзііо... но и... страшно вымоавить. - — Все, еъ невыразимымъ епокойствіемъ повто- риіъ Базаровъ. Въ другомъ мѣстѣ вы читаете курьезъ еще лучше этого: — Полно, Евгеній... послушать тебя сегодня, по- неволѣ еогіасишься съ тѣми, которые упрекаютъ насъ въ отсутствіи принциповъ. ^ Ты говоришь, какъ твой дядя. Приицшовъ во- обте нѣтъ, ты. объ этомъ не догадался до сихъ поръ! — а есть ощущенія. Все отъ тіяя зависитъ. — Какъ такъ? Да такъ-же. Напримѣръ я; я придерживаюсь отрицательнаю направлеиія — въ силу ощущенія. Мнѣ пріятнр отрицать, мой мозгъ такъ устроѳнъ^ — и баста! Отчего жнѣ нравится химія? Отчего ты любишь яблоки? Тоже въ силу ощущенія. Это все едино. Глубже этого люди никогда не нроникнутъ. Не вся- кій тебѣ это скажетъ, да и я въ другой разъ тебѣ этого не скажу. — Что-жь, и честность ощущеніе? — Еще бы! — Евгеній... начаіъпечальнымъголосомъАркадій. . — А? что? Не по вкусу? перёбилъ Базаровъ. — Нѣтъ', брать! Рѣшилс/і все косить— валяй и себя по поіамъ!»... Тургеневъ слышалъ гдѣ-то стороною, что повое міросозерцаніе ставитъ въ основаніе всѣхъ психологи- ческихъ явленій ощущенія, и вывелъ изъ этого какимъ- то образомъ, что выводить 'все изъ ощущеній значитъ все отрицать, косить и. валять себя по ногамъ. Тур- невъ никакъ не могъ сообразить, что отвергая честность, какъ врожденную идею, влоікенйую въ человѣка до его рожд,енія,и признаваяее какъ ощущеніе, положительная философія нисколько не отрицаетъ. этимъ честности, равно ікакъ и друіихъ .принциповъ. Все дѣло касается здѣсь не- самой честности, " а ея происхожденія, и Ба- заровъ, какъ , челрвѣкъ ' новато міросозерцанія, не нмѣлъ никакого повода, приступйя кт. этому философ- скому вопросу, воображать, что онъ этимъ валяетъ себя по ногамъ и отрицаетъ принципы. Здѣсь Тур- геневъ субъективенъ такъ зкё, какъ ивъ рѣчахъ Кир- , сановыхъ: въ уста мрлодогб покблѣйія онъ влагаетъ такія пойятія о новомъ міросозерцаніи, которыя сло^ жились въ его собственной художественной головѣ, ли- шенной всякаго филосбфскаго развитія. Если" бы Тургеневъ взгдянулъ поближе на мцлодое ;Поко.!і'ѣтѳ, то .въ дѣйствительности онъ увидѣлъ бы, ; что моло- дежь не только не отрицаетъ честности, а напротивъ того, шагу не можетъ ступить безъ того, чтобы разъ двадцаіъ не повторить этого слова,, при всякомъ удоб- номъ случаѣ. ; Задавшись тою идеею, что молодежь все отрицаетъ, Тургеневъ вознамѣрился показать на Базаровѣ,,что подобное безусловное-отрицаніе противно человѣческой природѣ, и природа дѣйствуетъ своимъ путемъ, раз- вивая въ человѣкѣ побужденія, чувства й страсти со- вершенно въ нротиворѣчіе теоріи его, отрицающей всѣ эти явленія. Базаровъ ничего не видѣлъ въ любви, кромѣ минутнаго удовлетворенія чувственности, и на- зывалъ проявленія любви болѣе серьезной отжившнмъ романтизмоиъ,, а самъ полюбилъ не на : шутку Один- цову и не могъ никакъ сладить съ собой. Базаровъ отвергалъ. дуэли, а какъ ' дѣло дошло до вотрѣчи съ ненавйстнымъчеловѣкомъ, согласился драться съ Пав- ломъ Петровичемъ безъ всякихъ колебаній. . 1ы не будемъ распространяться объ исторіи дуэли, такъ-какъ это не болѣе, какъ вставной эпизодъ въ ро- манѣ, и эиизодъ, развитый очень слабо; Тургеневу -не удалось произвести ни малѣйшей иллюзіи въ чита- телѣ, такъ, чтобы вы. видѣли передъ собою людей, ко- .торымъ, дѣйствительно только и оставалось, что унич- тожить другъ друга; съ самаго начала до конца этой исторіи вамъ кажется, что эти люди больше ничего, какъ надосугѣ тѣшатся, играя пистолетиками, какъ дѣти. Мы займемся лучше исторіей базаровской люб- ви, составляющей главное содержаніе романа. Базаровъ, какъ и слѣдовало, по мнѣнію Тургенева, всеотрицающему нигилисту, не видящему въ любви ничего, кромѣ чувственности, похвалилъ въ Одинцо- вой первоначально одни, плечи, и выразился о ней, что она тертый калачъ; но потомъ онъ и самъ не за- мѣтидъ, какъ разгорѣлось въ немъ болѣе серьезное чувство, котораго онъ никакъ не ожидалъ и не жѳлалъ: