b000000898

553 СОРОКЪ Л®ТЪ РУССКОЙ КРИТИКИ. 554 Человѣкъ, глубоко, пламенно, до мозга костей про- никнутый своими идеалами, въ самыхъ іоныхъ лѣтахъ успѣвшій ожесточиться подъ ударами судьбы, знерги- ческій, трудолюбивый и въ то же время впечатлитель- ный и страстный до лирическихъ стихоизліяній, Добро- любовъ, по всему складу характера, ума и жизни, былъ именно созданъ для роли публициста-проповѣдника и обличителя. Т'акимъ и является онъ въ своихъ сочи- неніяхъ. Что же касается содержанія его пропаганды, то оно виолнѣ опредѣляется степенью развитія и со- сіояніеиъ общества, среди котораго онъ жилъ и дѣй- ствовалъ. Мы уже говорили, что это было общество средне- вѣковое, полудикое, въ которомъ впервые только что пробудились самыя элементарныя понятія о гуманно- сти, справедливости, честности, общественномъ благѣ; но всѣ зги понятія бродили въ смутномъ хаосѣ неосмы- сленныхъ фразъ и безотчетныхъ, неопредѣленныхъ ио- рывовъ. Общество было сильно возбуждено рядомъ ре- формъ, задуманныхъ частью вслѣдствіе сознанія не- возможности существовать при прежнихъ порядкахъ, частью подъ вліяніемъ Запада; но всѣ эти реформы понимались въ видѣ частныхъ мѣръ и нисколько не мѣшали господствовать во всѣхъ отношеніяхъ жизни, съ одной стороны, все тому же средневѣковому прин- ципу безусловнаго подчиненія авторитету, съ другой стороны, тѣмъ нривычкамъ, нравамъ и идеаламъ, ко- корые основывались на крѣпостноиъ лравѣ и готовы были пережить его, Вотъ противъ этихъ-то обветшалыхъ и отжившихъ началъ жизни и направилъ Добролюбовъ, главнымъ образомъ, свою пропаганду. Что касается принципа: безусловнаго авторитета, то съ неумолимою нослѣдо- вательностью и безъ малѣйшихъ уступокъ преслѣ- дуетъ этотъ принципъ Добролюбовъ во всѣхъ его прояіленіяхъ въ семьѣ, въ школѣ, въ обществѣ и смѣ- ло отвергаетъ его не только въ отношеніи къ взрос- лымъ людямъ, но и къ дѣтямъ. Статья „О значеніи авторитета въ воспиталіи" (См. С. Д., т. 1, стр. 237) посвящена именно анализу растлѣвающаго вліянія принципа безусловнаго послу- шанія наразвитіе ребенка. Для изложенія взглядовъ на этотъ предметъ Добрюлюбовъ воспользовался » Вопро- сами жизни" ІІирогова, по поводу которыхъ и на- писана статья. Но съ первыхъ-же страницъ вы ви- дите, какая радикальная противоположность между взглядами Пирогова и Добролюбова. Добролюбовъ, правда, не оспариваетъ взглядовъ Пирогова; иа- противъ того, отдаетъ полную справедливость глав- ному положенію его, заключающемуся въ томъ, что воспнтаніе должно быть не узко-спеціальное, а общее, съ цѣлью воспитанія человѣка. Но, соглашаясь съ этимъ положеніемъ Пирогова, Добролюбовъ тот- часъ-же идетъ въ совершенно противоположную сто- рону отъ автора яВопросовъ жизни*. Мывидѣли, что Пироговъ подъ общимъ воспитаніемъ разумѣлъ подчиненіе человѣка отвлеченныиъ, заоблачнымъ принципамъ, и притомъ принципамъ такого рода, изъ которыхъ прямо и непосредственно вытекаетъ подчи- неніе авторитету. Добролюбовъ, совершенно наобо- ротъ, въ слѣпомъ нодчиненіи авторитету и полагаетъ главную причину убііства въ дѣтяхъ внутренняго че- ловѣка. По мнѣнію Добролюбова, «отсутетвіѳ оамоетоятѳіьностж въ еуждѳніяхъ, и взглядахъ, вѣчное недовольство въ глубинѣ души, вялость и нѳрѣшитѳльность въ дѣйствіяхъ, нѳдоета- токъ силы воли, чтобы противиться поетороннимъ вліяніямъ, вообще обезличеніе, а велѣдотвіе этого лѳгкожыеліе ж подіость, нѳдоетатокъ твѳрдаго и яенаго сознанія своего долга и невозможность внести въ лшзнь что-либо новое, болѣе совершенное, от- личное отъ прежде установленныхъ порядковъ — вотъ дары, которыми безусмвное повиновеніе при воепнтаніи надѣляетъ человѣЕа, отпуская его на ліизненнуіо борьбу!.. И съ такими-то качествами' — говорить Добролюбовъ — ^человѣкъ долженъ рато- вать за свои убѣжденія противъ цѣлаго общества, ж онъ, привыкшій «ить чужимъ умомъ, дѣйство- вать по чулсой волѣ, онъ доюкенъ вдругъ поставить себя мѣркой для цѣлаго общества, долженъ сказать: вы ошибаетесь, я правъ; вы дѣлаетѳ дурно, а вотъ какъ нужно дѣлать хорошо!.. Да гдѣ-же онъ возь- метъ столько силы? Во имя чего онъ будетъ бо- роться? Неужели во имя авторитета своихъ на- ставниковъ, которые до сихъ норъ управляли его жизнью и понятіями? Да кто-же, наконецъ, далъ ему право на это? Собственно говОря, его отноше- нія и теперь нисколько не измѣнилнсь: до еихъ поръ были подчиненныя отношенія въ воспитаніи и обученіи, теперь настали точно такія-же отноше- нія въ едужбѣ и общежитіи. Какая-же голова мо- жѳтъ переварить такое умозавлюченіе: вотъ черта — пятнадцать, двадцать лѣтъ — до которой вѳдутъ тебя, заставляя безпрекословно и безусловно слушаться другихъ; это дѣлаѳтся для того собственно, чтобы, перешедши черезъ эту черту, ты умѣлъ бороться съ другими. Гораздо естествѳннѣе заключить, что и въ послѣдующей жизни чѳловѣкъ долженъ вести себя именно такъ, какъ до сихъ поръ заставляли его» (см. стр. 251). Но было бы ошибочно думать, что, отвергая въ вос- питаніи принципъ слѣпаго послушанія, Добролюбовъ проповѣдывадъ полный произволъ въ жизни дитяти и нредоставленіе послѣдняго всѣмъ прнхотямъ его рефлексій. Напротивъ того, вотъ какой идеалъ воспи- танія предлагаетъ Добролюбовъ взамѣнъ прежняго средневѣковаго: «Но чего-же вы хотите? спросятъ насъ.'— неуже.ш- же можно предоставить ребенку полную волю, ни въ чѳмъ не останавливая его, во всемъ уступая его капризамъ? «Оовсѣмъ нѣтъ. Мы говоримъ только, что не нужно дресировать ребенка, какъ собаку, заставляя его выдѣлывать тѣ или другія штуки, по тому или другому знаку воспитателя. Мы хотимъ, чтоіы въ воспитаніи господствовала разумность и чтобы ра- зумность эта вѣдома была не только учителю, но представлялась ясно и самому ребенку. Мы утверж- даѳмъ, что всѣ мѣры воспитателя должны быть пред- лагаемы Въ такомъ видѣ, чтобы могли быть впоінѣ и ясно оправданы въ собственнотъ сознаніи ре- бенка, Мы требуемъ, чтобы воспитатели выказывали болѣе уваженія къ человѣческол природѣ и стара- лись о развитіи, а не о подавіеніи впутреиито че- ловѣка въ своихъ воспитанникахъ, и чтоіы воспи- таніе стремилось сдѣлать человѣка нравственнымъ не по привычкѣ, а по сознанію и убѣжденію». Нажболѣе обстоятельное и полное розсмотрѣніе всѣхъ причинъ и слѣдствій слѣпаго подчиненія авто- ритету мы видимъ въ статьяхъ Добролюбова „Темное царство" (см. т. 3, стр. 1). Въ статьяхъ этихъ Добро- любовъ, воспользовавшись комедіямиОстровскаго,пред- ставилъ самый подробный анализъ того средневѣко-