b000000898

507 сорокъ л®тъ русской критики. 508 стардаяу, еіойи. только поставить на сгарыя иѣста людей' новыхъ и развитыхъ; но и подобнаго рода гос- пода э'гнмъ самымъ желаніемъ показывали, что и они недовольны настоящимъ положѳніеыъ дѣлъ и они же- лаютъ кос-кайихъ перемѣнъ, хотя бы только въ ви- дѣ долниостныхъ иеремѣщеній... Этотъ лелзбѣжныи пѳреходъ отъ идей индйвидуаль- но-нравсѵвенныхъ къ обществеинымъ былъ ускоренъ самымъ X одомъ общестйенйыхъ дѣлъ въ Россіи. Реак- ція, подавивши движеаіе сороковыхъ годовъ, сама явилась нешольною возбудительницей общественныхъ идей въ об^шованной средѣ, своими крайностями об- ративъ нево'льное вииманіе общества ко всеобщей бе- зурядицѣ и у^скоривъ этнмъ иереходъ отъ вопросовъ индивидуально - нравственныхъ къ общественнымъ. Всеобщее беззаконіе и ироизволъ судовъ, безчин- ства откунщиковъ, поившихъ народъ почти водой, по- головное взяточничество ж круговой грабеж-р, ожи- давшій васъ чуть что не на каждомъ иерекресткѣ, обѣдненіе крестьязіъ, отягощенныхъ оброками и бар- щинами, увеличивающееся съ каждымъ годомъ число -бѣглыхъ и бродягъ всякаго рода, и неизбѣжные вмѣ- >стѣ съ этимъ разбои но дорогамъ и городамъ. Все «то росло сгевсепйо, невольно возбуждая недовольство и ропотъ среди людей самыхъ благонамѣренныхъ и смирныхъ, и дожло, наконецъ, до геркулесовыхъ стол- бовъ, обнаружившись во всемъ своемъ страшномъ бе- зобразіи въ общей безурядицѣ крымской кампаніи. Послѣ крымской войны вонросъ о необходимости пе- рестроить всѣ общественные порядки на новый ладъ, •произвести безконечный рядъ рефорііъ, сдѣлался все- 'общимъ воиросомъ, возбудившимъ всѣ слои общества, 'безъ искліоченія. Началась эпоха всевозмоашыхъ об- личеній, эпоха шумныхъ ликованій о наступленіи но- вой эры, о возроасденіи и пр. Трудно придумать такую сторону жизни, такое учрежденіе, такое колесико изъ безчисденныхъ колесъ общественной машины, который не возбудили бы войроса о необходимости чистки, не- редѣлки, переформировки... Довольно сказать, что отъ государственныхъ вопросовъ первой важности, како- вы вопросы объ освобожденіи крестьянъ,зеиствѣ и глас- ныхъ судахъ, рефоршаторскія стремленія проникли да- же въ русскую грамиатнку и возбудили жа{ікія пренія въ педагогическомъ мірѣ объ изгнаніи изъ алфавита нѣсколькихъ лишнихъ буквъ. Но, при иоднятіи всей этой массы общественныхъ вопросовъ, тотчасъ-же и обнаружилась полнѣйшая неподготовленность общества къ политической жизни, отсутствіе всякаго теореіичёскаго развитая для пра- вильной и систематической постановки всѣхъ этихъ вопросовъ. Вопросы эти, возбужденные западно-евро- пейскою цивилизаціей, исходили изъ щѣлой системы новаго міросозерцатя,сіоявшато въБвропѣ совершен- но въ разрѣзъ съ міросозерцаніемъ старымъ, средне- «ѣковымъ. Между тѣмъ, наша образованная среда : приступила къ этшіъ вопросамъ, оставаясь, какъ мы говорили уже въ предъидущей главѣ, на иочвѣ стара- ■ го міросозерцанія, основаннаго на авторитетѣ и пре- . даніи. Вслѣдствіе этого и произошло такое явленіе, ' что общество видѣло въ массѣ задуманныхъ рефориъ } не перестройку самой системы общественяаго строя, а Уірядъ частныхъ мѣропріятій, очень хорошихъ каждое само по себѣ, но не нмѣющихъ, въ то-же время, ниче- го общаго, улучшающихъ бытъ, но ни мало не изиѣ- няющихъ его основаній. Такой взглядъ, полоишмъ, со- вершенно соотвѣтствовалъ тѣиъ изъ реформъ, кото- рыя, дѣіствительно, касались различныхъ частностей общественнаго строя, пзмѣняли однѣ формы его, тако- вы, нанрииѣръ, были — уничтоженіе откуповъ, сокра- щеніе штатовъ, судебная реформа и пр. Но чуть дѣло доходило до реформъ, которыя касались основныхъ началъ общественнаго строя, каковы, напримѣръ, бы- ли крестьянская реформа, воиросъ о земствѣ, о воспп- таніи, то здѣсь тотчасъ-же и обнаруживалась непро- ходимая путаница вопросовъ, исходящихъ отъ новаго міросозерцанія съ средневѣковыми системами мышле- нія. Такъ, напримѣръ, массы кричали о необходимости освобожденія крестьянъ, но въ то-же время, при средне- вѣковомъ строѣ своей мысли,онѣ привыкли въ крѣиост- нояъ правѣ видѣть единственное спасеніе общества отъ анархіи и никакъ не могли себѣ представить, что- бы трждцати-милліонное населеніе крестьянъ могло существовать внѣ привычнаі'о авторитета иомѣщичьей власти, оставаясь въ предѣлахъ гражданственности, осѣдлости и мирнаго труда. Крестьяне представлялись имъ не иначе, какъ въ видѣ кривожадныхъ звѣрей, которыхъ стоитъ только выпустить изъ клѣтокъ и они тотчасъ-же разбредутся въ разныя стороны, пере- станутъ работать, платить подати, повиноваться вла- стямъ и начнуіъ махать топорами во всѣ стороны, проливая безъ всякой нужды моря крови. Подобное ди- кое понятіе, надо сказать правду, существовало, въ концѣ пятидесятыхъ годовъ, не въ однихъ только кру- гахъ ретроградовъ и крѣпостниковъ. Даже многіе лю- ди, считавшіеся образованными, либералами, искренно желавшіе освобожденія крестьянъ, и тѣ побаивались всякаго рода анархіи со стороны крестьянъ и заблаго- временно принимали разумный мѣры къ эмиграціи. Изъ подобныхъ опасеній, источникъ которыхъ прямо кроется въ средневѣковомъ строѣ мысли, и происходи- ли различныя нелѣиыя предположения и гаданія о томъ, какъ бы устроить дѣло такимъ образомъ, что- бы и крестьяне были свободны, п власть помѣщиковъ надъ ними оставалась въ прежней силѣ. Изъ иодобна- го-же средневѣковаго міросозерцанія исходили различ- ные проекты выкуиовъ, отправлявшіеся прямо отъ средневѣковой точки зрѣнія на крестьянина, какъ на вещь, принадлежавшую помѣщику и которую необхо- димо купить у него, чтобы выпустить ее на свпбЬду. Если читатель ближе желаетъ познакомиться съ иодобнаго рода взглядами, то онъ можетъ прочитать множество статей объ освобожденіи крестьянъ въ раз- личныхъ журналахъ конца пятидесятыхъ годовъ. Мы- же, съ своей стороны, чтобы нагляднѣе показать на- шимъ читателямъ, на какихъ традиціонныхъ точ- кахъ зрѣнія стояла образованная среда въ началѣ движенія шеетидесятыхъ годовъ и какъ велика была путаница взглядовъ, обратимъ вниманіе на знамени- тую и, конечно, врѢмъ извѣстную статью Н. И. Пи- рогова, , Вопросы жизни", напечатанную въ „Мор- скомъ Сборникѣ", въ 23-мъ т. 1856 года. Статья эта знаменита не только тѣмъ, что подняла въ обще- ствѣ и журналистикѣ цѣлый рядъ вопросовъ о воспи- таніи, но, кромѣ того, это былъ первый могучій тол-