b000000898

495 СОРОК Ъ Л®ТЪ РУССКОЙ КРИТИКИ. 496 И такъ, представьте себѣ общество, состоящее изъ тысячи человѣкъ, пребывающихъ на степени перваго- миеологическаго періода развитія. Изъ этого общества выдѣляется, мало-по-иалу, сто человѣкъ, нереходя- щихъ во второй періодъ — метафизическій; затѣмъ, изъ этихъ 100 человѣкъ 10 человѣкъ доходятъ до третья - го періода и становятся реалистами. Для жзслѣдова- теля, ииѣющаго дѣло съ областью чистой мысли, этихъ явленій совершенно достаточно, чтобы сказать вамъ, что мысль свое дѣло сдѣлала, совершила свой неизбѣжный лроцессъ, дошла до геркулесовыхъ стол- бовъ позитивизма и, затѣмъ, остается только славить нашъ смѣлый вѣкъ, въ который разсѣянъ мистическій и метафизическій туманъ, повалено столько устарѣ- лыхъ кумнровъ, сдѣлано такъ много открытій, изоб- рѣтеній и пр. и пр. Многіе историки и публицисты такъ обыкновенно и поступаютъ. XIX вѣкъ иолучилъ даже названіе положгтелъшго, вѣка паденія ми- стидизма ж метафизики, господства точныхъ наукъ и пр. и пр. Однимъ словонъ, человѣчество дошло до третья- го періода контовскЬй философіи, и ему остается только торжественно шествовать по пути реализма, дѣлать новыя открытія, иримѣнять ихъ къ усовѳршенствова- нію человѣческой жизни, прилагать положительный методъ къ изученію законовъ соціологіи, и такъ далѣе, до безконечности. Но исторія жестоко кожетъ разру- шить всѣ пллюзіи оптимистовъ, какъ она не разъ уже это дѣлала. Возвратимся къ нашему примѣрному обществу: 10 реалистовъ, 90 метафизиковъ и 900 полудикарей, изъ которыхъ 800 только-что не приносятъ жертвы пнямъ и камнямъ на распутьяхъ. Подумаешь, какбй прогресъ, какое торжество реализма! И не забудьте при этомъ, что численный перевѣсъ, большинство, слѣдоватедьно, и матеріальная сила на сторонѣ та- кихъ принциповъ, которые не очень-то допускаютъ мыслить несогласно съ ними и на всякое противорѣчіе знаюіъ одно возраженіе — ноказаше кулака. При та- кпхъ условіяхъ десятокъ нашихъ реалистовъ завтра- же можетъ исчезнуть безслѣдно съ лица земли. Оста- нутся одни метафизики; а метафизики, по самому су- ществу своему, народъ шаткій; сегодня они строютъ смѣлуіо метафизическую систему, идущую въ разрѣзъ со всѣми господствовавшими до нихъ бреднями; завтра- же они эту-же самую систему могутъ подвести подъ тѣ-жебредни илиподъ новыя въихъдухѣ;дляфантазіи законовъ не писано и нѣтъ ничего легче слѣдовать по теченію вѣтра, обитая въ метафизическихъ высотахъ и не чувствуя твердой почвы подъ ногами. При такихъ условіяхъ изслѣдователю можетъ представиться совер- шенно обратный путь мысли, вопреки всѣмъ законамъ позитивной философіи. Сегодня въ передовыхъ журна- лахъ и газетахъ кричатъ еще о торжествѣ реализма, о положительныхъ знаніяхъ, а завтра какая-нибудь метафизическая теорія будетъ считаться вдругъ зна- менемъ прогресса;на реализмъ прошлаго вѣка начнутъ смотрѣть, какъ на заблужденіе умовъ, уклонившихся отъ истиннаго пути, впавшихъ въ односторонность; а послѣ завтра и метафизическая теорія покажется ничѣмъ болѣе,какъ кичливостью гордаго ума,дерзнувшагои т. д., и начнется мрачное царство какого-нибудь безумнаго спиритизма. Развѣ въ исторіи не бывало додобныхъ обратныхъ шествій? Развѣ Вэконъ, Локкъ, Кабанисъ не были почти совсѣмъ въ дверяхъ позитивизма, и это нисколько не помѣшало много времени послѣ нихъ господствовать неограниченно надъ всею Европой ме- тафизикѣ Гегеля. Средневѣковой мистицизмъ, этотъ первый яеріодъ европейской мысли, развился изъ втораго періода — метафизическаго древняго міра. Древніе пошли-было по пути, начертанному Контомъ, дошли до метафизики, да потомъ взяли вдругъ, да и свернули назадъ. Этотъ печальный фактъ объясняютъ обыкновенно недостаткомъ положительныхъ знаній въ древней і(ивжлизаціи люди, которые обусловливаютъ ирогрессъ исключительно количествомъ знаній. Поло- жимъ, что у древнихъ не было на столько знаній, что- бы они могли вступить въ третій положительный пе- ріодъ развитія, однакоже, столько-же знаній они имѣ- ли, чтобы дойти до метафизики: почему-же они не удер- жались въ своемъ метафизическомъ періодѣ, а обрати- лись вспять — или они какъ-нибудь растеряли всѣ свои знанія, забыли ихъР'Но.тогда, знаЧитъ, исторія идетъ по пути не одного только накопленія знаній, случаются въ ней, наоборотъ, и растерянія, и что-жё обезпечиваетъ человѣчество впредь отъ подобныхъ случайностей? Особенно если принять во вниманіе, что наша пропорція реализма— 1°/о — взята самая преу- величенная изавидная. 0,есди-бы въ евроиейскомъ на- родонаселеніи былъ 1 реалистъ на 100 человѣкъ на- селенія, какъ бы тогда кричали наши оптимисты о торжествѣ полоаштельности! А вѣдь въ дѣйствитель- ности весь нашъ пресловутый реализмъ — капля ^въ морѣ всеобщаго варварства и дикости человѣческаго рода... Надо-ли ко всему этому прибавлять, что возмож- ность всякихъ пертурбацій и обратныхъ шествій, ни- сколько не опровергая контовскаго закона трехъ періо- довѣ, прямо зависитъ отъ количества распространенія идей въ обществѣ,чѣмъ только и обусловливается дѣй- ствительное торжество этихъ идей. Что толку, что древніе дошли до метафизики, когда метафизиковъ бы- ла среди нихъ ничтожная горсть, потонувшая въ мас- сахъ, коснѣвшихъ въ политеизмѣ. Поэтому, мы не имѣ- емъ никакого права впадать въ розовый оптимизъ, мѣ- ряя развитіе общества и человѣчества на нашъ субъек- тивный аршинчикъ и предполагая, что если въ на- шемъ умѣ восторжествовали какія-нибудь начала, то это значитъ, что начала эти восторжествовали повсю- ду, и человѣчество до нихъ дожило. Подобное заблуж- деніе свойственно только метафизикаиъ, которые подъ человѣчествоиъ разумѣютъ отвлеченную идею, одина- ково осуществляющуюся въмассѣ населенія земнаго ша- ра и въ одномъ человѣкѣ. Такъ, Гегель полагалъ, что безусловная идея, создавши всю вселенную, дошла до апогея своего развитія въ лицѣ его — Гегеля, доду- мавшагося до своей филрсофіи. На Западѣ, впрочемъ, очень простительно ученымъ и публицистамъ кичиться торжествомъ прогресса и но- выхъ идей, такъ-какъ обратныя шествія тамъ рѣдки, медленны, совершаются въ теченіи иногда цѣлыхъ столѣтій, и легко ихъ совсѣмъ не замѣчать. Еъ тому- же, большинство писателей, принадлежа къ привил- легированнымъ классамъ, носителямъ европейской об- разованности, съ давнихъ временъ привыкли считать