b000000898

23 НОВОЕ ВРЕМЯ И СТАРЫЕ ВОГН. 24 стадъ толкать Ирину въ тотъ міръ, куда она мот идти и безъ него, и если она не ша туда, то потому, что между ею и этимъ міромъ стоядъ Литвнновъ. Но Лптвиновъ вздуіалъ посторониться. И ужь, конечно, не ему быть героемъ ея въ этоиъ мірѣ: тамъ были ге- рои болѣе нодходящіе къ аристократическому балу, чѣмъ этотъ студентикъ съ мягкою улыбкою и руками, запачканными чернилами; онъ бы ей тамъ только мѣ- шалъ, можетъ быть даже ^ставилъ ее въ смѣпшое по- ложеніе своимъ ирисутствіемъ; весьма естественно, что она запретила ему являться туда. И естественно также, что разъ устремивпшсь въ тотъ міръ, куда тоікнулъ ее Лптвиновъ, она не захотѣла возвращаться оттуда, тѣмъ болѣе что этотъ міръ былъ ей сродни, и она подготовлена была къ нему воспитаніемъ. Что же за причина такой дряблости и дрянноети Литвинова въ отношеніяхъ его къ Иринѣ? Причина очень ясная и простая. Для того, чтобы увлечь Ірину въ иной иіръ — иіръ полезнаго труда и свѣтдыхъ идей— ему самому нужно было быть увлечену въ этотъ міръ, ему самому надо было имѣть живую и го- рячую страсть къ труду л къ свѣтлымъ идеямъ. Страсть моясетъ быть возбуждена только страстью. Литвиновъ лкберальнйчадъ дередъ Ириною, гово- рилъ ей о предстоящемъ трудѣ, но, все это съ чужаго голоса: самъ онъ не чувствовалъ живой страсти ни къ кашшъ идеямъ, ни къ какому труду. Читатель, мо- жетъ быть, енроситъ меня, на какомъ основаніи а заключаю это? На саиомъ вѣрномъ основаніи: когда Литвинову не посчастливилось въ любви, онъ бросидъ универсжтетъ и уѣкадъ къ отцу въ деревню. Этого довольно. Ну, подумай, читатель, кто не влюблялся изъ насъ на студенческой екамьѣ и не мечталъ, что эта .шбовь вѣчная на всю жизнь до гробовой доски. Но по большей части эта первая юная любовь обры- валась очень скоро, и что бы это было, когда бы всѣ студенты разъѣзжались со втораго или третьяго курса вслѣдствіе неудачи въ любви. Мы уже не будемъ го- ворить здѣсь о тѣхъ студентахъ, которые иоступаютъ въ университетъ съ ненреклоннымъ намѣреніемъ кон- чить курсъ, потому что это д.ия нихъ вопросъ о на- сущномъ хлѣбѣ. Такимъ студѳнтамъ некогда бываетъ и думать о .ііобовныхъ нриключеніяхъ; зарываясь въ книги, они открещиваются отъ преждевременной люб- ви, какъ отъ дьявольскаго навожденія. Но если мы воЗьмемъ даже человѣка со средствами, для котораго возможно выкинуть такое колѣнцо, что взять да и выйти изъ университета изъ-за несчастной любви, то и такой студентъ не сдѣ.іалъ бы этого, еслибы былъ живой человѣкъ, еслибы университетская наука и свѣтлыя идеи могли бы увлечь его и заставить полю- бить ихъ; онъ, можетъ быть, и погрустилъ бы въ пер- вое время, мѣсяцъ-другой ни за что бы не могъ при- няться. Но разумная страсть, и которую .иегко удов- летворить, взяла бы иодъ конецъ перевѣсъ надъ страстью неразумною, и потому разбившеюся; подобно тому, какъ разочарованная въ любви дѣвупша, съ особенною нѣжностью сосредоточиваетъ свою привя- занность на тѣхъ родныхъ и друзьяхъ, которыхъ она прежде любила, такъ и юноша весь пылъ своей моло- дой страсти сосредоточилъ бы на книгахъ и занялся бы ими съ удвоенною энергіею. Я знаю много подоб- ных! прииѣровъ; я видѣлъ собственными глазами, какъ молодые люди, послѣ неудавшейся любви, дѣ- лали такія чудеса и быстрые успѣхи въ своихъ тру- дахъ, которыхъ они не сдѣла.іи бы, еслибы жизнь ихъ текла ровно и природа ихъ не была потрясена вне- запно налетѣвшею бурею. Что же касается до 'чедо- вѣка, въ которомъ окончательно созрѣла, укоренилась и дошла до нолнаго сознашя страсть къ труду н.іи къ какимъ нибудь идеямъ, для такого человѣка не- мыслимо было бы то, что случилось съ Литвиновымъ: такой человѣкъ или увлекъ бы Ирину за собою, или оставидъ бы ее на дорогѣ и ни на минуту не поки- нулъ бы своего труда, который дороже для него самой, жизни. Выло наивное время, когда считали героями тѣхъ праздныхъ и дрянныхъ фатовъ, которые, въ отчаяньи отъ неудачной любви, уѣзжали на гибельный Еавказъ или пускались во всѣ тяжкія. Выло время, когда силь- ная страсть къ женщинѣ, доводящая чедовѣка до су- машествія или до самоубійства, почиталась призна- комъ избранной натуры. Но это время давно миновало и такія вулканическія страсти возбуждаютъ нынѣ одинъ смѣхъ. Онѣ служатъ признакомъ, что человѣкъ живетъ исключительною жизнью сшіща и у него нѣтъ другихъ страстей, которыя уравновѣшивади бы поло- выя наклонности и не давали бы человѣку забывать- ся до чертиковъ. Такой человѣкъ похожъ на корабль безъ балласта и безъ руля. Онъ носится .взадъ и впе- редъ по воднамъ, куда подуетъ вѣтеръ, и мадѣйшій ■ шква.ііъ можетъ перевернуть его кверху дномъ. Будемъ слѣдить далѣѳ за .Нитвпновымъ въ его пла- ваніи безъ руля и безъ балласта. По иріѣздѣ въ де- ревню, онъ, какъ и подобаетъ праздному филистеру, не имѣющему живой страсти къ какому нибудь труду, я потолокся нѣскодько времени безъ дѣла, безъ свя- ' зей, почти безъ знакомыхъ. По милости нерасноло- женныхъ къ нему дворянъ его уѣзда, проникнутыхъ не столько западною теоріею о вредѣ ^абсентеизма", сколько доморощеннымъ убѣжденіемъ, что , своя ру- башка къ тѣлу ближе", онъ въ 1855 году поиалъ въ оиолченіе и чуть не умеръ отъ тифа въ Крыму, гдѣ, не видавъ ни одного , союзника", нростоялъ шесть мѣсяцевъ въ землянкѣ на берегу Гнидаго^ Моря; по- томъ послужидъ по выборамъ, конечно не безъ не- пріятностей, и пояшвъ въ деревнѣ, пристрастился къ хозяйству"... А! вотъ наконецъ является, у него страсть къ труду, наконецъ-то и онъ щжншается за дѣло. Вотъ онъ ѣдетъ за-границу учиться агрономіи и технологіи, трудится усердно, усидчиво, съ созна- ніемъ пользы, которую онъ надѣется принести всему своему краю. Вотъ наконецъ нередъ нами труженикъ, о которомъ мы съ тобой, читатель, мечтали въ преды-' дущей г.іавѣ, и лритомъ труженикъ ліобящій разум- ною любовью, которая нисколько не мѣшаетъ его труду- «Онъ искренно шбилъ, онъ глубоко уважажъ свою молодую родственницу (Татьяну Петровну Шеето- ву), и окончивъ свою темную, приготовительную работу, собираясь вступить на новое поприще, на- чать дМствительніЭД, некоронную службу, нредло- жилъ ей, какъ любимой Лі-енщинѣ, какъ товарищу и другу, соединить свою жизнь оъ его асизныо на