b000000898

371 СОРОКЪ Д'ВТЪ РУССКОЙ КРИТИКИ. 372 Громада кораблей всплывала И палъ- впервые Наваринъ. «Енязь Одоевекій, напротивъ, приниыалъ каждаго литератора и ученаго еъ нскреннимъ радушіемъ и протягивалъ дружески руку веѣмъ выетупавшимъ на литературное поприще, оезъ различія еоеловій и званій. Одоевекій желалъ все обобщать, всѣхъ сбли- жать, и радушно открылъ двери свои для всѣхъ ли- тераторовъ. Онъ хотѣлъ показать своимъ свѣтекимъ пріятѳлямъ, что, кромѣ избранннковъ, посѣщающихъ еалонъ Карамзиной, въ Роесіи существуетъ еще цѣ- лый клаесъ людей, занимающихся литературой. Одинъ изъ всѣхъ литераторовъ-аристократовъ, онъ не стыдился вванія литератора, не боялся открыто смѣшиваться еъ литературного толпой, и за свою страсть къ литературѣ терпѣливо сносилъ насмѣш- ки своихъ свѣтскихъ пріятелеі, которымъ не было никакого дѣла до литературы и которые вовсе не хотѣли сближаться съ людьми не своего общества... Свѣтскіе люди на вечерахъ Одоевскаго окружали обыкновенно хозяйку дома, а литераторы были бнт- комъ набиты въ тѣсномъ кабинетѣ хозяина, застав- ленномъ столами различныхъ формъ и заваленномъ книгам, боясь заглянуть въ салонъ... Цѣлая бездна раздѣляла этотъ салонъ отъ кабинета...» Ко второй категоріи петербургскихъ литѳраторовъ принадлежали писатели-ремесленники. Но довольно сказать, что во главѣ ихъ могли стоять Гречъ съ Бул- гаринымъ, а виослѣдствіи — Сенковскій, чтобы опре- дѣлить, каковы были литературные кружки въ это время въ Петербургѣ. Они состояли изъ издателей- спекулянтовъ какого-нибудь альманаха, униженно к-ианявшихся и вынрашивавпшхъ стишковъ у того или другаго корифея литературы; изъ чішовниковъ, пошісывавшихъ на досугѣ стишки или носившихъ въ вСынъ Отечества' статейки, не ожидая за йнхъвоз- награжденія и довольныхъ виолнѣ, если трудъ ихъ былъ налечатанъ. Это былъ омутъ, въ которомъ вра- щались безъ толку и смысла мшутныя знаменитости того времени въ родѣ Воейкова, Кукольника, Бенедик- това, Тимофѣева, Каменскаго, Ершова и проч. и проч. Въ этотъ кагалъ переселился доживать свой вѣкъ и Полевой. Все это сплетничало, пило, лило, сплетни- чало, ссорилось, мирилось, опять ссорилось, выстав- ляло свои ссоры на иоказъ передъ публикой въ видѣ мелочной, придирчивой полемики, въ которой тѣмъ менѣе было смысла, что она возбуждалась не чѣмъ инымъ, какъ только личными дрязгами, безъ малѣі- шихъ слѣдовъ столкновенія вакихъ-либо убѣжденій И.ІШ направленій. Нѣтъ ничего мудренаго, что нзъ этого мутнаго броженія ничего не могло выйти къ кон- цу разсмотрѣннаго нами иеріода, кромѣ вВибліотеки для Чтешя' Оенковскаго. Собственно говоря „Вибліотека для Чтенія" была вызвана такого-же живою потребностью въ журналь- ной литературѣ, какою былъ обусловленъ и успѣхъ я Телеграфа ". Сътѣхъ сададъ поръ, какъ литера- тура, освободившись отъ меценатства, встала лицомъ ЕЪ лицу передъ публикой, на чисто коммерческую почву, она естественно увидѣла себя въ необходимо- сти во что бы то НЕ стало удовлетворять вкусамъ, потребностямъ, интересамъ той массы, отъ которой теперь окончательно сталъ зависѣть сбытъ книжнаго товара. Но ири этомъ новомъ положеніи вещей тот- часъ-же опредѣлились двѣ категоріи писателей, со- рершенно различно смотрѣвшихъ на книжное дѣло. Для однихъ книжное дѣло было не одною только отраслью торговли, но могуществеинѣйшимъ орудіемъ просвѣщенія и развитая общества, псточникомъ все- возможнаго прогресса. Ииъ казалось, что недостаточ- но только сбывать выгодно книги, удовлетворяя вку- самъ, потребностямъ и интересаліъ общества, какъ это дѣлаетъ любой фабриканта съ своимъ производ- ствомъ; вкусы общества могутъ быть дурны, потреб- ности ложны, интересы мелки и жалки— и перва-я обя- занность писателя развивать и возвышать общество въ его вкусахъ, потребностяхъ и интересахъ. Другаі- же категорія писателей въ успѣишомъ сбытѣ книж- наго товара видѣла альфу и омегу литературнаго про- изводства; ради успѣха эти писатели готовы были при- нижаться до удовлетворенія самыхъ грубыхъ вкусовъ и самыхъ мелкихъ интересовъ публики, не только яѳ помышляя о ея умственномъ развит-іи, но, напротивъ того, развращая ее и укореняя въ невѣжествѣ. Та- ково было большинство петербургскихъ писателей это- го времени, и дБибліотека для Чтенія" послужила вы- разительницей этого рода литераторовъ. При этомъ величайшею опасностью для успѣшнаго хода развитія общества представлялось въ глазахъ мнслящихъ лю- дей того времени то обстоятельство, что этотъ жур- наяъ при своемъ появленіи грозилъ сдѣлать безсиль- ною всякую конкуррѳнцію еъ нимъ и воцариться надъ всею литературой. Причиной такихъ опасеній было то, что издатели журнала съ коммерческой точки зрѣ- нія съумѣли обставить изданіе весьма ловко и умно, употребивши всѣ средства для привлеченія къ нему публики. Въ то время, какъ большинство тогдашнихъ журналовъ издавалось на жалкія средства небога- тыхъ писателей, почему журналы были тощи, издава- лись на сѣрой бумагѣ, выходили неисправно, ежеми- нутно грозя прекращеніемъ, ,Вибліотека для Чтенія". оперлась на солидную фирму Сширдина, книгопродав- ца и издателя, пользовавшагося большимъ уваженіемъ въ массѣ публики, такъ что публика смѣло могла по- ложиться на финансовую прочность изданія. Въ про- граммѣ журнала были имена всевозможныхъ знамени- тостей того времени; казалось,что вся литература гото- ва была слиться въ одномъ изданіи.Объявленіе о появ- леніи журнала было написано въ саиомъ хвастливомъ тонѣ, ябезстыдно-самохвальномъ", кавъ выражается Вѣлинскій, а яСѣверная Пчела" къ этому еще успѣла ввернуть и свой полицейскій патріотизмъ, объявивши, что кто не подпишется на яБибліотеку", тотъ не пат- ріотъ, тотъ не любитъ отечества, не желаетъ ему добра, что тотъ ренегатъ, измѣнникъ... Когда-же по- явились первые нумера вБибліотеки", то, не говоря объ изяществѣ изданія, однимъ своиъ объемомъ и величиной этотъ журналъ представлялся Левіаеаномъ среди массы своихъ тощенькихъ, маленькихъ, сѣрень- кихъ собратій. Естественно, что публика бросилась на это изданіе и вскорѣ число подиисчиковъ на ,Библіоіеку" дошло до небывалаго еще до того вре- мени количества 5,000. Но сдѣлавши все возможное для внѣшности журнала, издатель въ то-же время ни мало не позаботился о томъ, чтобы и внутреннее со- держаніе журнала соотвѣтствовало этой внѣншостн. Да и какъ было ему позаботиться объ этомъ? Самъ онъ былъ чедовѣкъ чисто коммерческій и достоинство