b000000898

281 СОРОКЪ Л®ТЪ РУССКОЙ КРИТИКИ. 282 тельностью, что врядъ-ли можеіъ выйти другое сочи- неніе въ этомъ родѣ, могущее соперничать съ нимъ. Но, вмѣстѣ съ тѣмъ, вы не найдете въ немъ того, что въ наше время представляется вопросомъ первой важ- ности: именно постановки дѣяіельности Бѣлинскаго въ общій уровень развитія идей его вѣка сравнитель- но съ предшествующимъ и послѣдующииъ временеиъ и, притомъ, идей не только «днихъ эстетическихъ и литературныхъ, но иоральныхъ и политическихъ. Если въ „Очеркахъ" говорится и объ этомъ, то намеками только, вскользь, и при этомъ берется въ соображеніе ходъ развитія европейской мысли вообще въ ея логи- ческомъ цроцесеѣ, безъ принятія въ еоображеніе въ то- же время общественныхъ условій, вліяющихъ на раз- личный колебанія и направленія мысли; главное-же вниманіе обращено въ вОчеркахъ", все-таки, назна- ченіе дѣятельности Вѣлинскаго, преимущественно ли- тературное п эстетическое. Этотъ характеръ вОчер- ковъ", кромѣ разныхъ побочныхъ, нелитературныхъ причинъ, обусловливается и тѣмъ, что передъ авто- роиъ не было еще послѣдуіощаго времени, съ которымъ онъ могъ-бы сравнивать дѣятельность Бѣлинскаго въ связи съ характеромъ вѣка его; кромѣ этого, надо взять во вниманіе и то, что въ то время имя Бѣлин- скаго только-что начинало выходить изъ мрака, въ которомъ до того скрывалось. Очень многіе не имѣли еще и нонятія о томъ, что соединяется съ этимъ име- немъ; другіе смотрѣли на него, какъ на имя дерзкаго литературнаго фразёра и недоученаго крикуна; третьи соединяли съ этимъ именемъ нѣчто такое криминаль- ное, что одно упоминаніе о немъ на страницахъ жур- нала, да еще съ сочувствіемъ къ нему, считали край- не компрометирующимъ журналъ по отношенію къ благонамѣренности. Понятно, что въ то время дѣломъ первой важност'и было познакомить публвд съ лич- ностью Бѣлинскаго, какъ съ дѣятелемъ, едва сошед- шимъ съ поприща и вѣяніе котораго отражалось еще на всей литературѣ, пропагандировать, такъ сказать, его, и въ то-же время защищать оіъ наиадковъ на неблагонамѣренность, чего вполнѣ достигли яОчерки". Совершенно такой-же характеръ носятъ всѣ* моно- графіи о разныхъ дѣятеляхъ сороковыхъ годовъ вплоть до 62 года, то- есть, до начала реакціи. Таковы біо- графія Станкевича, Анненкова, приложенная къ из- данію переписки Станкевича, статья Добролюбова о Станкевичѣ, воспоминанія о Бѣлинскомъ И. Панаева и его-же яЛитературныя воспоминанія ", яВиссаріонъ Григорьевичъ Бѣлинскій, біографическій очеркъ" Д. Свіяжскаго и проч. Хотя въ это время новая фаза мысли шестидесятыхъ годовъ все болѣе и болѣе выяс- няется и определяется, но люди сороковыхъ годовъ еще не выдѣляются изъ движенія, въ умахъ совре^ менниковъ сохраняется еще живая преемственная связь можду эпохой сороковыхъ и шестидесятыхъ годовъ и отношеніе къ дѣятелямъ сороковыхъ годовъ продол- жаетъ сохранять характеръ панегирическій. Во всѣхъ вышеупомянутыхъ сочиненіяхъ писатели рисуютъ пе- редъ вами дѣятелей сороковыхъ годовъ мужественны- ми борцами и страдальцами мысли среди мрака невѣ- жества, окружавшаго ихъ, благоговѣйно вслушивают- ся въ каждое ихъ слово, спѣшатъ заявить о каждомъ фактѣ, характеризующемъ ихъ съ положительной сто- роны, и съ негодованіемъ относятся къ малѣйшимъ нападкамъ на ту или другую чтимую личность. Съ 1862 г. отношеніе къ дѣятелямъ сороковыхъ годовъ, подъ вліяніемъ борьбы, возникшей между ста- рымъ и молодымъ поколѣніями, быстро мѣняется. Ря- домъ съ прежнивъ панегирйческимъ возникаетъ въ прогресивныхъ лагеряхъ нашей литературы и отно- шеніе полемическое. Эпохи сороковыхъ и шестидеся- тыхъ годовъ начинаютъ становиться другъ противъ друга, какъ двѣ противоположныя крайности, между которыми лежитъ непроходимая пропасть, при чемъ, гдѣ одни видятъ свѣтъ, тамъ другіе ничего, кромѣ мрака, не признаюхъ. До какой степени утвердилось это полемическое увлеченіе, мы видимъ изъ того, что оно встрѣчается не въ однѣхъ только полемическихъ статьяхъ всякого рода, каковы, напримѣръ, были статьи Писарева и Зайцева, въ коіорыхъ эти писате- ли говорили о Грановскомъ, Еудрявцевѣ, Бѣлинскомъ, Лермонтовѣ, но подчасъ и въ такихъ сочиненіяхъ, которыя, по самому содержанію своему, должны бы были имѣть объективный характеръ, каковы мемуары и сборники біографическихъ матеріаловъ. Таковы, на- примѣръ, , Воспоминанія Тургенева о Бѣлинскомъ": Тургеневу недостаточно было сообщить все, что онъ помнитъ о Бѣлинскомъ, ему казалось необходимымъ, рядомъ съ величіемъ Бѣлинскаго выставить ничтоже- ство Добролюбова. Точно также біографія Грановскаго, Станкевича, подъ кояецъ представляетъ вамъ тон- кій, но весьма чувствительный намекъ на то, что ви- де, современныя либеральныя односторонности всяка- го рода, напрасно причисляете къ своему лагерю Гра- новскаго, съ его всеобъемлющею гуманностью и широ- той взглядовъ, чуждыхъ всякихъ партій. Въ силу этой полемики, въ литературѣ нашей утвер- дились два рѣзкія направленія въ сравнительной оцѣнкѣ двухъ эпохъ. Съ одной стороны всѣ обществен- ныя реформы послѣдняіо времени, всѣ успѣхи въ нау- кахъ и искусствахъ выводятся исключительно изъ со- роковыхъ годовъ и приписываются людяиъ этой эпо- хи. Вы подумайте, говорятъ люди этого направленія, сколько могучихъ талантовъ произвела эта эпоха: припомните только имена Бѣдинекаго, Гоголя, Гра- новскаго, Кудрявцева, Кавелина, Костомарова, Турге- нева, Писемскаго, Гончарова,— все это люди, или дѣй- ствовавшіе въ то время, или вышедшіе изъ него и дѣй- ствующіе теперь. Какіе люди подняли крестьянскую и прочія реформы, содѣйствовали и руководили ими сво- ими знаніями и практическими трудами? По большей части люди сороковыхъ годовъ. Наконецъ, развитіе самосознанія въ нашемъ обществѣ, уваженія къ лите- ратурѣ, наукѣ, эстетическаго вкуса, гуманности, все это дѣло людей сороковыхъ годовъ, всему этому мы шъ обязаны. А что сдѣлало ваше молодое иоколѣніе? Много-ли вышло изъ него такихъ могучихъ, блестЯ- щихъ талантовъ, какіе были упомянуты выше? Разъ, два, да и обчелся, А вышло-ли хоть одно произведе- ніе искусства, которое можно было бы поставить ря- домъ съ произведеніями писателей сороковыхъ годовъ? А какое участіе принимало молодое поколѣніе во всѣхъ рефориахъ? ОнЪ встрѣтило ихъ съ свистомъ, воору- жившись несбыточными утопіями. Проповѣдь его про- никнута отрицаніемъ науки, искусства, гуманности,