b000000898

275 ЧЕГО НУЖНО ДОБИВАТЬСЯ РЕАЛЬНОМУ ПОЭТУі 276 иянника уѣзднаго почтоваго чиновника. Во всемъ эіомъ періодѣ жизни Кузьмина выдаются только два эпизода: побѣгъ изъ оеминаріи, и воровство газетъ изъ почтовой конторы. Писатель, забогящійся о вы- работкѣ сюжета, очевидно главное вниманіе свое обра- тилъ бы на развитіе этихъ двухъ эпизодовъ; въ нихъ однихъ отлично могло бы охарактеризоваться все дѣт- ство героя и вся его окружающая обстановка. Рѣшет- никовъ же иосвящаетъ этимъ эпизодамъ нѣсколько страничекъ, передавая ихъ въ сухомъ и сжатомъ раз- сказѣ; всѣ же 77 страницъ посвящены у него длин- иымъ и до невѣроятности скучнымъ оиисанібмъ жиіья- бытья родственниковъ героя и жителей города, гдѣ происходило дѣйствіе: — тутъ вы находите описаніе того, какъ дядя ловилъ рыбу, какъ онъ училъ племян- ника грамотѣ, какъ онъ получилъ первый чинъ, что онъ при зтолъ дуиалъ, что думала тетка, какъ герой занимался въ конторѣ и писалъ письма кресіьянамъ и проч. Мнѣ кажется, что Рѣшетниковъ, еслибы только захотѣлъ приложить немного стараиія, то у него вся нервая часть разсказа занимала бы не болѣе 40 стра- ницъ. На 5 страницахъ онъ могъ бы представить та- кую полную картину жизни захолустнаго городка, ко- торая со всѣхъ сторонъ исчерпывала бы эту жизнь и избавляла бы его отъ всякихъ излишнихъ подробно- стей. Затѣмъ 35 страницъ представляли бы широкое поле для развитія двухъ вышеупомянутыхъ эпизодовъ, которые сами по себѣ еще нолнѣе обрисовали бы жизнь почтовыхъ чиновниковъ въ провинціи. я нисколько не отрицаю сценъ въ родѣ ловли рыбы или семейной пирушки по случаю полученія чина, — всѣ такія по- дробности придаютъ разсказу живость и рельеф- ность, — но въ такомъ только случаѣ, когда писатель тѣсно и нераздѣльно соединяетъ ихъ съ самымъ раз- витіемъ эпизода, какъ это и дѣлаютъ англійскіе пи- сатели: у нихъ герой ловитъ рыбу— и тутъ же съ нимъ что нибудь происходитъ, описывается домашняя пирушка и на ней же разыгрывается домашняя драма; У Рѣшетникова же — эпизоды сами по себѣ, а описа- ния ловли рыбы или пирушки— сами по себѣ... и вся повѣсть, вмѣсто того, чтобы кипѣть дѣйствіемъ, полу- чаетъ сухой, монотонный описательный характеръ. Мнѣ кажется, что въ этомъ отношеніи Рѣшетниковъ не совсѣмъ отрѣшился еще отъ нѣкоторыхъ остат- ковъ натуральной школы, которая стояла вцолнѣ на почвѣ чистзго искусства. Иначе какъ же вы объясни- те обиліе у Рѣшеникова описательныхъ сценъ, неиіѣю- щихъ никакой цѣли, кромѣ одного описанія ихъ. Но первая часть повѣсти читается все еще довольно сносно, какъ вслѣдствіе того, что читатель не услѣлъ еще освоиться съ обстановкою жизни героя, такъ и вслѣдствіе двухъ вышеупомянутыхъ эпизодовъ. Вто- рая же часть занимаеіъ 126 страницъ, т. е. поло- вину всей повѣсти, но въ ней безконечно тянется одна д та же кани-іедь-т— описаніе того же житья-бытья ияди да тетки, родственниковъ да знакомыхъ, нако- нецъ службы героя сначала въ уѣздномъ судѣ, по- томъ въ канцеляріи губернатора. Монотоннѣе, растя- нутѣе, суше и блѣднѣе всего этого разсказа трудно себѣ представить что нибудь. Если первая часть могла бы занимать 40 страницъ, то для второй части и 20 много. Только подъ конецъ этой второй части раз- сказъ немного оживляется отношеніяии Кузнецова къ Ленѣ. Въ третьей части— герой ѣдетъ въ столицу на- живаться. Здѣсь завязывается узелъ всей драмы; эта часть самая рѣшительная, на ней долженъ сосредо- точиваться весь интересъ читателя, вся трагическая иллюзія — и что же? Она самая кра,ткая — въ ней всего 55 страницъ. Но и на этихъ страницахъ вы встрѣ- тите много излишнихъ мелкихъ подробностей, растя- гиваіощихъ понапрасну разсказъ (напримѣръ, длин- ныя описанія, какъ авторъ искалъ квартиру,, какъ онъ ночевалъ въ ней первую ночь, какія дрязги про- изошли между хозяйкою и торговкою и проч.). Съ дру- гой стороны слюикоиъ много посвящено мѣста на описаліе опредѣленія героя на службу, отношеній его къ начальству и редакціи яНасѣкомый* — все Это , крайне стереотипно, давно уже до лохмотьевъ изно- шено нашею литературою, а потому блѣдно и вяло. Что же касается до саиаго драматическаго момента жизни Кузьмина, когда онъ, совершенно затерянный въ омутѣ петербургской жизни, опускается въ самые бѣдные слои населѳнія — занимается продажею сапо- говъ на толкучемъ и спивается, — этому періоду жизни • авторъ посвятилъ нѣсколько страничекъ сухаго, хо- лоднаго разсказа. Что вышло изъ богатаго сюжета вслѣдствіе этого, трудно и выразить. Повѣсть, которая могла проникнуть читателю въ самое сердце и оста- вить навсегда тяжелое, мучительное впечатлѣніе, яв- ляется, правда, мучительною, но совсѣмъ съ другой стороны — со стороны убійственной скуки, съ которою вы ее читаете. До какой степени Рѣшетниковъ мало , дорожитъ тѣмъ, чтобы производить на читателей сильное и глубокое впечатлѣніе, это особенно ярко выставляется въ наиболѣе драматическихъ мѣстахъ его разсказовъ. Мы уже видЬли, какъ мало обратилъ онъ вниманія на самые выдающіеся моменты жизни Кузьмина. То же самое мы находимъ и въ романѣ ,Гдѣ лучше". Вспомните тотъ моментъ въ этомъ романѣ, гдѣ Горюнова, лишившись мѣста, проведя нѣсколько дней въ части, наконецъ, очутилась на улицѣ безъ пристанища, безъ денѳгъ, одна, среди чуждаго насе- ленія столицы, подозрительно и непріязненно смотрѣв- шаго на нее, какъ на бродягу. Вы подувайте только о томъ, что бы могъ сдѣлать художникъ цзъ этой сцены отчужденія, отчаянія и голода. Онъ могъ бы нарисовать передъ вами такую страшную, мрачную картину, которая проняла бы взсъ до костей — и ни- когда не забылась бы. Главное дѣло здѣсь не въ томъ, чтобы извѣстить читателя, какъ Горюнова шла изъ улицы въ улицу, ночью черезъ.мостъ, кайъ спала въ паркѣ, какъ у нея украли во время сна послѣднія ко- пѣйки, какъ потомъ она просила милостыню и проч.,— такіе факты для читателя не новость, и онъ можетъ представить ихъ себѣ тысячами: развѣ блѣдные, ху- дые, оборванные люди не просятъ у .него ежедневно Христа ради? Развѣ онъ никогда не видѣлъ ихъ спя- щими подъ заборами и въканавахъ? Но знаетъ ли и отдаетъ-ли себѣ ясно отчетъ читатель ; въ томъ,, что они чувствуютъ въ то время, когда они испытываютъ всевозможныя мытарства? Вотъ съ этимъ-то и дол- женъ познакомить писатель: онъ дрллгенъ такъ яшво изобразить холодъ, голодъ и отчаянье своихъгероѳвъ, чтобьі читатель все это могъ прочувствовать, чтобы,