b000000898

259 ЧЕГО НУЖНО ДОІВЙВАТЬСЯ РЕАЛЬНОМУ ПОЭТУ. 260 Теперь, когда лежахѣ нредъ наш сочиненія Ѳ. Рѣ- шетнйкова, безъ смѣха невозможно дѣлается вспом- нить, какъ встарину изображались у насъ въ повѣ- стяхъ изъ народнаго быта сильныя натуры, топящія въ водкѣ свое горе. Такой герой не бралъ обыкновенно сначала въ ротъ ни капельки. Но вотъ онъ разочаро- вывался въ своихъ сосѣдяхъ, родныхъ, въ самомъ се- бѣ. Подъ гнетомъ отчаянія и мрачной злобьі, въ одинъ прекрасный или чаще всего ненастный вечеръ онъ приходилъ, ни слова не говоря, въ кабакъ, и долго сидѣлъ таиъ въ печальномъ разДумьѣ, положивъ голо- ву на руки, къ великому изумленію цѣловальника и цосѣтителей; потомъ требовалъ неожиданно дѣлый штофъ водки, залпомъ выдивалъ его — и въ одно ягно- веніе изъ трезваго человѣка превращался въ горькаго пьяницу. Послѣ того онъ почти уже не выходилъ изъ кабака, и черезъ нѣсколько времени авторъ разсказа встрѣчзлъ его въ одномъ изъ заведеній обріозгшаго, грязнаго, оборваннаго, иыощаго безъ конца и съ исте- рическими рыданіями, жалобами на весь міръ, онъ разсказывалъ автору исторііо своей неудавшейся, за- ѣденной средою жизни. Я полагаю, что мнѣ не нужно указывать на тзкія иовѣсти, гдѣ читатели наідутъ подобные эпизоды; ихъ такъ много, что, безъ сомнѣнія, каждому приходилось читать нѣчто подобное. Точно такъ-же глядѣли у насъ и на всевозможные скандалы въ жизни: покуситься на убійство, нанесе- ніе личнаго оскорбленія строптивому начальнику, сдѣ- латься разбойникомъ, воромъ, измѣнить мужу или же- нѣ, убѣжать изъ дома и проч. — все это иредиолага- лось удѣломъ однѣхъ только избранныхъ натуръ, и думали при этомъ, что остроги наполнены особенными избранниками судьбы, титанами, стоящими выше всѣхъ головою. Въ настоящее время, казалось-бы, намъ невозмож- но уже глядѣть на шіръ съ такихъ рояантическихъ точекъ зрѣнія. Мы имѣемъ позади себя цѣлую литера- Туру, которая 10-ть лѣтъ уже ироповѣдуетъ намъ міровоззрѣніе совершенно противоположное; мы чи- таемъ трактаты политико-Экономическіе, статистиче- скіе, физіологическіе— и въ нихъ постоянно ииѣемъ дѣло не съ однѣми титаническими натурами, а съ массами обыкновенныхъ людей и еъ природою человѣ- ческою, вообще. Всѣ положительный науки вмѣсгѣ убѣждаютъ насъ, что умственный и нравственный нрогрессъ зависятъ не столько отъ возвышенныхъ стремленій и страданій отдѣльныхъ титаническихъ личностей, сколько отъ матеріальнаго благосостоянія массъ мелюзги. Простые факты наблюденія въ то-же время убѣждаютъ насъ, что въ острогахъ сидятъ не однѣ титаническія натуры, а чаще всего люди весьма обыденные. -И это весьма естественно:если иреступле- ніе и можетъ быть объяснено иногда избыткбмъ силъ, сдавленныхъ въ узкія рамки жизни, то часто оно про- исходитъ наоборотъ отъ недостатка силъ, иричемъ че- ловѣкъ, иокушающійся на преступленіе, и могъ-бы найти иной, лучшій выходъ изъ заиутанныхъ обстОя- тельствъ, НО у него не хватаетъ ни знанія, чтобы со- образить'этотъ выходъ, ни силъ, чтобы осуществить, и онъ въ своемъ цреступленіи является не активнымъ борцемъ, а, напротивъ того, жалкою игрушкою въ ру- кахъ судьбы и ліодей. Статистика не даромъ сообщзетъ намъ, что количество преступленій зависитъ пря- мо отъ благосостоянія массы: въ мрачные годы нище- ты и голода достаточно, чтобы отчаяніе и озлобленіе перешли за предѣлы терпѣнія, и самая дюжинная лич- ность явится лредъ вами трагическимъ героемъ. , Но на много-ли подвинули насъ науки, которыя мы нынѣ изучаемъ? Истые поклонники реализма, дѣйстви- тельно-ли мы такіе реалисты, какими воображаемъ се- бя? Увы, если мы взглянемъ иовнимательнѣе, да ио- сравнимъ прежнее съ настоящимъ, мы увидимъ, что и до сихъ иоръ во многихъ отношеніахъ мы продоволь- ствуемся тѣми-же заилесневѣлыми теорійками, какія унаслѣдовали отъ нашихъ дѣдовъ н огцовъ, и все остается въ томъ-же видѣ, какъ было 30, 40 лѣтъ тому назадъ. До сихъ поръ огромное число нашихъ соотечественниковъ основываетъ свое міросозерцаніе на тѣхъ-же возвышенныхъ чувствахъ народа, передъ которыми умилялись квасные патріогы 30-хъ годовъ, и уиотребляетъ эти чувства въ видѣ пугала для за- стращиванія всякаго, дерзающаго мыслить хоть сколь- ко-нибудь самостоятельно. До сихъ поръ всецѣло со- хранилось пресловутое исканіе иочвы и самобытной цивилизаціи и, увы, не на однѣхъ только сѣренькихъ страничкахъ убогенькой яЗари". А развѣ многіе и очень многіе не думаютъ до сихъ поръ, что только однимъ высшимъ натураиь съ титаническими поши- бами дано въ удѣлъ жаждать прогреса и питать раз- ный высшія стремленія, нассы-же обыкновеннаго люда ни къ чему болѣе неспособны, какъ пресмыкаться въ тинѣ животнаго прозябанія — и если-бы не титаны, то шассашъ эгимъ никогда и въ голову не пришло- бы хоть сколько-нибудь улучшить свою участь. П. Всѣ эти соображенія не слѣдуетъ намъ упускать изъ виду для того, чтобы, передъ нами открылась луч- шая сторона цроизведеній Ѳ. Рѣшетникова, сторона, составляющая оригинальность его таланта и несо- мнѣнную заслугу его въ литературѣ. Есть много пи- сателей, стоящихъ непзмѣримо выше Рѣшетникова по силѣ творчества, глубинѣ анализа, художественному мастерству и проч. Въ произведеніяхъ Рѣшетникова молено найти не мало еущественныхъ недостзтковъ, на которые мы въ своемъ мѣстѣ укажемъ; но я не знаю, иного ли найдется у насъ писателей, которымъ до такой степени удалось бы отрѣшиться отъ всякой тѣни романтизма, какъ Рѣшетникову. Онъвполнѣ ио- нялъ, что жизнь народа есть жизнь не дівухъ, трехъ титановъ, стоящихъ выше всѣхъ головою, а обыден- ныхъ смертныхъ, которыхъ миріады кишатъ повсюду, и реальный поэтъ, чтобы представить общій уровень жизни своего вѣка, долженъ обращать главное внима- ніе на то, какъ живетъ, къ чему стремится, именно, эта пестрая, безразличная толпа, среди которой ничто особенно рѣзко и картинно не выдается, но общій итогъ трудовъ, интересовъ, радостей и страданій ко- торой и есть, именно, итогъ жизни вѣка. Поэтому въ произведеніяхъ Рѣшетникова вы не найдете героевъ, обладающихъ умомъ, очаровывающимъ и ослѣпдяю- щимъ всѣхъ окружающпхъ, съ мрачною думою на че- лѣ, съ титаническими силами, которымъ бы все поко-