b000000898

209 ДМИТРІЙ ИВАНОВИЧЪ ПИСАРЕВ Ъ. 210 вы найдете критическія статьи Надеждина подъ пвее- вдониномъ Надоумки, въ которыхъ вы уВидите ана- дйзъ всей русской литературы того времени совершен- но съ той точки зрѣнія, съ которой смотритъ Писа- ревъ на Пушкина. Надеждинъ смѣется надъ нашею литературою, разумѣя въ томъ числѣ и Пушкина, за то, что литература наша, довольствуясь одною внѣш- нею, безсодержательйою художественностью, по боль- шей частй подражательною, не проникнута въ то же время никакими глубокими идеями и не вноситъ въ наше общество анализа жизни на философскихъ осно- ваніяхъ подобно заиадно-европеіскимъ литературамъ. Но если Пушкинъ даже въ 30-е года не удовле- творялъ требованіямъ образованнѣйпшхъ людей того времени, то слѣдуетъ ли изъ этого, что литературная дѣятельность его не имѣла ровно никакого значенія въ свое время? Для разрѣшенія этого вопроса Вѣлйн- скій не можетъ уже служить намъ такимъ руководи- телемъ, какимъ онъ былъ для насъ при опредѣленіи значенія въ'^прошлой жизнинашейонѣгинскаготипа. Мы уже сказали выше, что тотъ же самый Бѣлинскій, , который является передъ нами истиннымъ реалистомъ при анализѣ русской жизни своего времени йли пуш- кинскаго, совершенно не тотъ, когда онъ анализи- ' руетъ какія-нибудь поэтическія произведенія. Здѣсь онъ илатитъ дань своему времени и является передъ нами истымъ гегсліянцемъ и эстетикомъ. Такъ, ана-т лизируя Пушкина, онъ иаходитъ, что главное значе- ніе этого поэта заключалось въ томъ, что онъ былъ чистый художникъ и познакомилъ русскую публику съ истинною поэзіею, и вліяніе произведеній Пушкина онъ находитъ въ томъ, что они развиваютъ въ читате- ляхъ чувство изящнаго и гуманности. Въ этомъ онъ видитъ вліяніе не только преходящее, существующее для одного какого-нибудь вѣка, но безусловное и вѣч- ное. Ж въ саломъ дѣлѣ, если въ этОмъ видѣть вліяніѳ ироизведеній какого-либо поэта, то такое вліяніе, ко- нечно, должно быть вѣчно и безусловно. По Вѣлинскій въ своей статьѣ недостаточно иоказалъ, да и не могъ показать, почему же мы должны только Пушкину при- писывать такое вліяніе. Если мы будемъ смотрѣть на произведенія искусства съ чисто эстетической точки зрѣнія, иискать вънихъ только развитая чувства изящ- наго, то въ каждомъ произведеніи, къ какому бы вре- мени оно не относилось, мы должны вйдѣть тр же самое вліяніе, т^-е. развитіе чувства изящнаго. И если мы припишемъ это вліяніе произведеніямъ Пушкина, то чѣмъ же они будутъ отличаться отъ произведеній Жуковскаго,' ВатюшкОва и многихъ другихъ, предше- ствовавшихъ Пушкину поэтовъ. Въ то же время не со- гласимся мы и съ Пйсаревымъ, который, не находя въ произведеніяхъ Пушкина никакихъ современныхъ намъ идей, отвергаетъ за нимъ всякое значеніе въ исторіи нашего прогресса, кромѣ значенія стилиста, говоря, ЧТО яусовершенствованіе русскаго стиха со- ставляетъ единственную заслугу передъ лицомъ рус- скаго обіп;ества й русской литературы,' есДи только это усовершенствованіе дѣйствительно можно назвать За- слугою" (см. т. ПІ, стр. 199). Конечно, нечего и спорить о значеній такихъ по- этовъ, которые, живя въ вѣкѣ, богатомъ великими идеяш, стояли во главѣ движенія своего времени и своею плодотворною дѣятѳльностью проводили въ по- этическихъ формахъ въ массы тѣ идеи, которьтя были достояніемъ немногихъ лучшихъ умовъ вѣка. Но мож- но ли требовать того же самого отъ поэтовъ, жившихъ въ такое время, когда вообще никакихъ идей въ об- ществѣ не было, когда и читателей-то у литературы было столько, что издателю можно было заранѣе пе- редъ изданіемъ книжки сосчитать пхъ йиотомъ ли-іно каждому въ отдѣльности припбднести книжку для прочтенія. Бслибы писатель въ то врёііШ случайно и познакомился съ какими-нибудь идеями саМай скром- наго, безобйднаго свойства, едва выхсіДивШими изъ ряда обыденныхъ взглядовъ, то не только ему са- мому не было возмбжностй 'провести этихъ идей, но и читателямъ не безопасно было читать ' книжки съ такими 'идеями. Взявши это въ сбобразкеніе, вы пой- мете, какъ смѣшно требовать, чтобы въ ироизведе- йіяхъ Пушкина могли бы быть глубокія, ПлодотвОр- ныя йдеи, которыя будили бы общественное «ознаніе, возбуждали бы анализъ окружающей жизни и давали бы фйдосЬфскіе отвѣты на философскіе вопросы. По- этому, чтобы оцѣнить виолнѣ безпристрастно значеніе поэзій Пупікина въ свое время, необходимо совершей- но отрѣшйться отъ всякихТ) современныхъ намъ тре- бованій отъ искусства, а просто посмотрѣть, чѣмъ была литература до Пушкина и чѣмъ стала Она послѣ него —и тогда только мы поймемъ, что далъ Пушкинъ своему вѣку и какой иереворотъ сдѣлалъ онъ въ об- ласти литературы. Въ нашей литературѣ неоднократно проскальзыва- ли такіе взгляды на знйеніе произведеній Пушкина, что будто онъ былъ первый писатель въ Россіи, внес- шій къ намъ начала реализма въ искуествѣ, и въ то же время неоднократно подымался вопросъ о народности Пушкина, и вопросъ этотъ рѣшался полоясительно. Оба эти взгляда возбуждали иротивъ себя бездну справед- лйвыхъ возраженій. Можно ли говорить о реализмѣ Пушкина, который является передъ нами по своему міросозерцанію истымъ романтикомъ и идеалистомъ? Стойтъ только припомнить его взгляды ' на поэзію и на поэта, выраісенные имъ въ нѣсколькихъ стихотво- реніяхъ, хбія бы вышеупомянутое обращеніе поэта къ черни, чтобы понять вею нелѣпбсть взгляда на Пуш- кина, какъ на нёрваго реалиста въ нашей иоэзіи. А Съ другой стороны— можно ли говорить о народности такого поэта, который пѣлъ не для: народа и не отъ народа, никогда не былъ выразителемъ его нуждъ и страданій, принадлежалъ къ небольшой срёдѣ людей, для которыхъ писалъ и потребностямъ, вкусамъ ко- торыхъ старался удовлетворять своими произведенія- ми. Но кйкъ, повидимоиу, ни невѣрны эти взгляды съ точки зрѣнія совремейныхъ намъ понятій о реализмѣ и народности, тѣмъ не менѣе, въ нихъ есть своя доліі правды. ■ Чтобы уловить это нѣчЫОу шшъ слѣдуетъ возвра- титься къ той характеристикѣ нашего общества 20-хъ годовъ, которую мы сдѣлалИ въ началѣ этой статьи.— Прёдст&ьте вы себѣ, что въ то время, какъ общество съ чисто-восточнымъ складомъ жизни коснѣловъ сйо- ихъ восточныхъ обрядахъ и обычаяхъ, нѣсколько по- этовъ подносили этому обществу фіалъ забвенія въ вйдѣ высокопарной ' риторшй^ гласившей о герояхъ