b000000898

199 ДМИТРІЙ ИВАНОВИЧЪ ПИСАРЕВ Ъ. 200 своего труда, — для такого труженика всегда бшо и будетъ противно легкое донъ-жуанское отношеніе къ женпрнѣ, ' создаваемое филистеретвомъ. Но вы возь- мите передовую единицу і^іидцатыхъ годовъ, затертую въ массѣ пошлости, рутины, лишенную всякаго полез- наго, положительнаго труда, — ^и вы поймете тогда, что Онѣгины не могли относиться къ; женщинамъ иначе, чѣмъ они ОТНОСИЛИСЬ'; Развивая въ своей лич- ности исключительно идеалъ личной индивидуальной свободы, ЛЮДИ ЭТИ: естественно бѣжали брака, потому что видѣли въ неиъ цѣлый рядъ стѣсненій для своей индивидуальной свободы л притомъ прямую дорогу къ халату, туфлямъ и дурацкому колпаку Фамусова. Для нихъ существовало отношеніе къ женщинѣ только въ двухъ. видахъ: иди въ видѣ необузданныхъ сатурна- лій съ женщинами легкаго поведенія, въ чемъ они выражали протеСтъ противъ мѣщанскаго благочинія, умѣренности и аккуратности фамусовской среды, или волокитство за женами Фамусовыхъ, въ чемъ опять- таки они видѣли наслажденіе нарушать сонный по- кой мѣщанскаго счастія. Когда же женщина сильная, глубокая' подходила къ нимъ съ требованіемъ иной любви, серьезной, нравственной, прочной^ развиваю- щей, инаго счастія,. дѣятельнаго, разумнаго, — тогда они принуждены были бѣжать отъ такихъ женш;инъ, потому что такое счастіе не было въ ихъ рукахъ... Что мѳгли они дать такимъ женпщнамъ, — они, ко- торые не имѣли въ своей жизни никакого полеЗнаго труда^ 'Никакой цѢлиі и мало того, что не имѣли, не, могли цмѣть, еслибы и хотѣлиР А можетъ ли одна лю- бовь,: безъ' труда, безъ двигающей цѣли въ жизни про- должаться долго, не въ видѣ минутной, быстро пере^ горающей страсти? Они нѣсколько;разъ въ жизни ис- пытывали всю непрочность такой' ілюбви; настоящей причины^ этой непрочности они не знали; а изъ не- однократнаго опыта выводили прямо: индуктивнее за- ключеніе ,'Ято любовь вообще .есть чувство^ непрочное и скоропреходящее, и; они бѣжали отъ женпщнъ, цри- ступавшихъ къ нимъ съ требованіями глубокой и прочной дюбвн, хотя въ то же время они внутренно терзались,' видя .себя неспособными любить прочно, или ; отрицая самую ; возможность прочной любви, до- тому что они чувствовали въ себѣ живую потребность прочной привязанности, удовлетворить і: которую не имѣли возможности. Въ этомъ заклочалось поистинѣ трагическое положеніе, не только для нихъ, но и для женщинъ, которымъ выдавалось несчастіе встрѣ- титься съ ними, потому что женщинамъ мало-маль- ски' снльнымъ и глубокимъ нравились эти люди; они привлекали такихъ женщинъ, 1{акъ лучшіе люди сво- его вѣка, своею отвагою, независимостью, свободою высказываемыхъ мнѣній, рѣзкостью сарказмовъ и жизнію, выдающеюся изъ массы окружающей пошло- ста. Еѣмъ же было увлекаться, кого же было любить хорошимъ женщинамъ того вѣка, какъ не этихъ лю- дейі когда вокругъ заурядъ были Фамусовы съ притор- ными сластолюбивыми облизываньями, да принижен- ные Молчааины съ безмолвно-подобострасгньши покло- нами? . Что касается до дуэли Онѣгина съ Ленскимъ, то иа этотъ фактъ мы имѣемъ менѣе всего права смот- рѣть съ нашей точки зрѣнія. Если въ наше время вся- кій здравомыслящій человѣкъ смотритъ на дуэль, какъ на нелѣпый, дшгій, противуобщественный нред- разсудокъ, вынесенный изъ среднихъ вѣковъ, то.въ 20-е и 30-е года не только противъ дуэлей не было ни малѣішаго предубѣжденія, а напротивъ того, луч- шіе люди на нихъ смотрѣли, какъ на высшій нрав- ственный долгъ, доказательство . отваги, мужества и сознанія своего достоинства. Онѣгины и Печорины, между прочимъ, тѣмъ и отличались отъ окружавшихъ ихъ Фамусовыхъ и Молчалиныхъ, что первые дрались на дуэляхъ, а лослѣдніе нѣтъ; особенно, еслиівзять во вниманіе, что дуэли и въ то время были плодомъ за- претнымъ. Отказаться отъ дуэли, значило зстать въ ряды Фамусовыхъ и Молчалиныхъ. Писаревъ ; же, оправдывая тургеневскаго ^Базарова и считая дуэль его дѣломъ необходимости, изъ-за которой можно иног гда, по его. мнѣнію, отступать отъ своихъ принци- повъ, въ то же время напускается на Онѣгинз и ире- даетъ его строгой карѣ. л 'ХІ. . ..." Несмотря на весь идеализмъ своего , вѣка; Бѣлин- скій во многихъ отношеніяхъ былъ въ большей стег пени , реалистомъ, чѣмъ истый поклонникъ реализма Писаревъ. Въ статьяхъ Вѣлинскаго вы можете замѣ- тить удивительную даойственность:. Тотъ же самый ВѣлинскіЁ, эстетикъ и гегеліанецъ, когда онъ ;зани- мается передъ ваш опредѣленіемъ художѳственныхъ красотъ произведеній искусства на , основаніи своихъ отвлеченныхъ эстетическихъ теорій, является передъ вами истиннымъ реалистомъ, когда онъ, начинает, ъ анализировать жизнь .современную ему или прошлую, Конечно, въ такомъ взілядѣ на^вешіи, который одѣниг ваетъ людей, какой-либо эпохи на основаніи общцхъ условій жизни этой эпохи, закліочаетс® горазда болѣе реализма, чѣмъ ;В0 взглядѣѵ который, !не взирая нй на какія условіяі оцѣниваеіъ людей.и событія на осно^ ванІЕіСвоихъ собственныхъ идеаловъ и теорій. Люди, нризнающіе великое, значеніе Галилея, болѣе реалиг сты, чѣмъ .такіе,: которые вздумали бы: отрицать за Галилеемъ ^ .всжое значеніе на томъ основаніи, іЧто истины, найденныя имъ, извѣстны въ настоящее вре- мя всякому десятилѣтнему ребенку. : ; , " Вѣлинскій отнесся^ къ Онѣгину съ сочувствіемъ; онъ посмотрѣлъ на него, какъ на лучшаго представи- теля своего времени; йо было бы ложно заключить изъ этого, чтобы Онъ считалъ Онѣгина безусловно идеаль- нымъ человѣкомъ на основанін идеала своего време- ни, подобно тому, какъ Писаревъ безусловно отвер- гну лъ Ѳнѣгина, приложивши къ нему современныя намъ требованія. Нѣтъ, Вѣлинскій взглянулъ на Онѣ- гина, какъ на типъ ирежняго времени, который въ его время былъ уже отжившимъ типомъ, но въ свое время, тѣмъ не. менѣе, былъ представителемъ своего вѣка. «Въ двадцатыхъ годахъ текущего стоіѣтія, — го- ворить онъ (ем. Соч. Бѣ д., 537 етр., 8 ч.) — русская литература отъ подражательности устремилась къ самобытности:, явился Пушкинъ. , Онъ любилъ со- словіе, въ которотъ почти исключительно выразил- ся проірессъ русскаго общества и къ которому при- надлежалъ самъ, и въ Онѣгинѣ онъ рѣшился пред-