b000000871

— 311 — въ ученьи и отстаивали ихъ интересы передъ про- чими членами коллегіи; на все это имѣются ука- занія въ протоколахъ засѣданій совѣта и классныхъ комиссій. Какія чувства вызывали въ ученикахъ эти заботы кл. наставниковъ, — для рѣшенія этого вопроса я не имѣю прямыхъ фактическихъ данныхъ, но общія соображенія заставляютъ предполагать, что ученики цѣнили попеченія наставниковъ. Въ тѣ строгія времена, когда гимназическая коллегія стремилась выполнять уставъ съ безпощадною точ- ностью, существованіе заступника изъ среды учи- телей должно было быть для учениковъ большимъ утѣшеніемъ. Итакъ, въ началѣ дѣйствія Толстов- ской системы отношенія между учениками и класс- ными наставниками были хорошія, довѣрчивыя. Зато отношенія учениковъ къ учителямъ не — настав- никамъ начали быстро портиться. Такъ какъ вос- питательное дѣло было предоставлено спеціальнымъ наставникамъ классовъ, то въ роли просто препо- давателей гимназическіе чиновники ун^е не считали себя связанными съ учениками воспитательскими обязанностями и, можно сказать вообще, отложили о нихъ всякое попеченіе^ тѣмъ болѣе, что выпол- неніе учебныхъ требованій устава и безъ того вы- зывало высокое напряженіе умственныхъ и нрав- ственныхъ силъ. Так- обр., преподаватели все болѣе превращались изъ «учителей» — въ лекторовъ и экзаменаторовъ, притомъ — благодаря высотѣ требо- ваній устава— экзаменаторовъ придирчиво — стро- гихъ. Такое положеніе преподавателей вызывало все большее и большее охлажденіе въ отношеніяхъ между ними и учениками. Конечно, бывали исклю- ченія, даже, можно сказать, одна учительская долж- ность въ нашей гимназіи (какъ и въ большин-