b000000866

всѣмъ общій поклонъ, невѣста подходитъ къ отцу, обнимаетъ его шею й начинаѳтъ „причитать— вопить". „Спасибо вамъ, родителъ — батюшка; — вопитъ она, — і ,3а хлѣбъ, за соль, Что вскормили меня, Что вспоили меня, Въ чужи люди да пріу строили!. Какъ мнѣ на чужого дядюшку служить будетъ? На чужую тетушку угодить будѳтъ? Чужой отѳцъ— морозы лютые, Чужая мать— крапива жгучая; Чужой отецъ — безъ вины журить, Чужая мать — безъ вины бранитъ. Не спокинь, родитель, на чужбинушкѣ! А я тебѣ, батюшка, въ ноги кланяюсь. Не попомни на меня ни зла, ни грубости, Положите грубость замѣсто глупости, А глупость то вмѣсто младости. Я за глупость кланяюсь да въ рѣзвы ноженьки Отъ бѣла лица до сырой земли". Невѣста при этомъ кланяется отцу въ ноги. Отѳцъ поднимаетъ ее, кре- стить и цѣлуѳтъ. Отъ отца невѣста идетъ къ матери, которую тоже обни- маетъ и начинаѳтъ „надъ ней причитать". „Ужъ ты родна, родна матушка! Спасибо тебѣ за хлѣбъ, за соль. Ты вскормила меня для чужихъ людей, Ты вспоила меня для 'незнамыихъ: Про чужого-то дядюшку. Про чужую -то тетушку. Не сиди теперь моя, ты матушка, Поздно вечеромъ, по темвымъ ночамъ, Ты не жги ка огня свѣтлаго, Не сжидай меня съ гуляньица, Со веселаго, съ разгульнаго,- Ни въ ночи поздно, ни нодъ утрышко. Жди, матушенька, меня съ чужихъ людей. Со горями со великими. Спасе іъ Богъ тебя, родимая, За ко мнѣ ли за заботушку. Не сноминь ты злого зла на мнѣ. Не споминь моей ты грубости. Ты мою то грубость положи за глупость, А глупость -то вмѣсто младости, Ужъ вы, дѣвушки — подружки! Вы не дѣлайте того, — Не любите никого. ■ Я горька, разнесчастна, Полюбила одного, Вѣкъ страдаю чрѳзъ него. Вѣкъ страдаю, сама знаю, За что мнлъ меня забылъ. Ояъ забыть то не забылъ, Онъ другую полюбилъ.