b000000862

Когда вопрос о „твердых ценах" был поднят осенью 1916 года, спор ( к размере носил ясно выраасённый классовый характер: помещики и ночные крестьяне, собравшиеся на областные н губернские с'е?ды, не пывали своих классовых аппетитов, вопили, просили, требовали, грозили. I шш пооледійів с'езды романовско-помещичьей России, где в последний (л провозглашалось право класса крупных землевладельцев на экспро- I народных миллионов. Дань, которую городские потре.бптели хлеба ішее крестьянство должны была им платить, считалась еще тогда Ьи 113 важных факторов ценообразования, С протестом же против вве- в псчиолснин твердых цен эгого фактора ценообразования высгупил ыа только представитель Союза городов. Торг был долгий и жаркий, [представитель союза городов был, конечно, в меньшинстве. Однако его ■мядаино поддержал военный министр Шуваев, которому нужно было ре» дешевый хлеб для армии. В результате были йриняты компромисс- ре цены. атом снабжения, которому поручены были закупки хлеба по но- Іііл ценам, должны были явиться губернские уполномоченные и их канце- ірш. Кое-где города пытались брать на себя организацию муниципального івжения, а в Сибири выбирали даже явочным порядком продовольствен- і коіштѳты всеобщим голосованием. Но это были лишь немногочисленные вігае, изолированные попытки, вся же система в целім оказалась, ко- |(Я), пошейшим ублюдком и не дала никаких результатов. ІѴбернские Ьолюмочвннне вздыхали там и тут о том, что „разрушена хлебная тор- 1 Роосни", но сами не могли, конечно, справиться со своей задачей. Іерез несколько дней после того, как зимой 1917 г. Петроград, оетав- іііоя без хлеба, сверг иго Романовых, спор снова разгорелся, но на этот )же совершенно в иной форме. " I так называемой „государственной продовольственбой комиссии" лреаг- і деятель Союза городов явился уже представителем „Совета рабочих Ісмдатских депутатов" и выступал уже не изолированно, а вместе о советской делегации против делегатов Государственной Думы и Ького рода биржевых деятелей, ітершихся в дела продовольсівешше. I господа сделали своим лозунгом провоз1'лашенив „свободы торговли шойодной России" („Да здравствует свободная торговля в свободной Іоош"— исюрнческая телеграмма биржевого дельца Роховича предсада- " 1 рабочих депутатов Чхеидзе); другая же сторона выдвигала Ьйодпиость не только ввести твердые цены, но и создать государствен- И аппарат хлебного снабжения, т.-е. ввести в -России институт хлебной исполни. И так страшен был призрак голодных масс, что член времен- и правительства, министр земледелия, кадет А. И. 1ІІині'арев, прнсоеди- им к советской делегации, и закон о монополии был подписан 25 'марта !І7 года. Закон создавал сложный аппарат продовольственного снабжения на местах. Государственный продовольственный комитет, созданный на паритет- 1 нмалах, должен был направлять продовольственную политику наверху, "здіных губерниях должны были работать заготовительные про- ІшьсівеБныв комитеты, в потребительных — распределительные. Те и дру- иыбііра.ііісь не всеобщим голосовшаем, а по принципу представвтель- |і} 01 груип. Советам было отведено видное шсго, но не обойдены были ивржо, II раііше цензовые н подуцензовые организации. Овзденная на исходе третьего года войны и экономического и финан- мго бессиотемья хлебная монополия, однако, не стала частью большого Ктшеского плана. Методы калькуляции твердых цен проводились не| Исюванші общего плана товарообмена и не в связи с эмиссионной по- пкой. Твердые цены были введены только, на хлеб, о товарообмене І мрш только вскользь, а все попытки делегатов Совета рабочих д^пу- нв в государственном продовольственном комитете, сделать хлебные ропрвяіоя лишь частью общей системы организации народного хозяйства Ііруд» потерпели у временного правительства полное фиаско. Правда, »ркй превратить ведомственную раблу продовольствия- в широкую ра- ■іу снабжения продолжались делегатами С. Р. Д. и при коалиционном Міеяьсіве, но и здесь они натыкались на упорную сгену глухого не- "ианіія, с одной стороны, и огромного пиэтета к классовым и группо- I вкюрвсам — с другой. [ Таким образом, монополия на хлебный обмен являлась не составной государственной системы снабжэния, а простым ведомственный («врвятием, система же установления твердых цен — нростйй статисти- І ишулраясиением, а не политическим акгом. Достаточно вспомнить, что я> же самое вриія, как министерство земледелия пыталось фиксировать м на хлеб, министерство промышленности ме переставало, внимая во- м Еопевладельцев, санкционировать повышение цен на уголь, и что се этот достиг своего апогея именно при Керенском, чтобы со- "Иь себе представление о том диком бессистемье и той классовой Чіиельности, которые царили тагда во всей экономической политике (?вы. Не соблюдалось даже элементарного требования согласования цен, Кйруеиых на разные товары. Все они догоняли так или иначе эмнссни, и это называлось исчислением коэффициентов роста себе- Вчв™ ' переворот не принес с собой сразу, да и не мог принести і Г ль}іых улучшений в это.! области. Периоды социальной ломки и ! острой по.читической борьбы обычно харакіеризуютгя вре.меіии>й заминквЛ в функционировании всего народно-хозяйственного аппарата. 11 переворот, начатый для того, чтобы повернуть вверх кривую социального благосостоя- пня, нередко' дает на первых порах понижение по сравнению с предыдущим периодом, — таков уж неумолимый закон социальной механики, 'застаамю- щей нас расплачиваться за всякое нарушение устойчивого равиовесия. Социальная домка- н политическая борьба последнего периода отразилась, в си.ту целого ряда причин, нарочито тяжело на продовольственном Д'>лі', и нигдр, может-бнть, ив велось такой ожесточенной бо;ьбьі зі власть, как в лонах продовольственных организаций всякого масштаба. Умеренные партии, не сочувствовавшие перевороту, всячески пытались сделать и;і дела питания народа орудие политической борьбы; сторонники Советское власти, в свою очередь, пытались овладеть во что бы то ни стало продо- вольственным аппаратом и делали это по всегда умело, не всегда осто- ріжно, в нередко понижали, таким образзм, и без того невысокий коэффи- циент полезного действия продовольственных организаций. Фактической задачей института государственной монополии являет, я распре, вление товара между потребителями на основах социальной спра- ведливости, а не по индивидуальной платежеспособности каждого. В мир- ное время буржуазные правительства вводили обычно монополии лишь в интересах фиска (монополия ііа спички во Франции, на водку в России, и т. п.), война заставила ввести монополии на нехватаищиѳ продукты массового потребления в интерес.гх потребнтёлей. Здесь мы наблюдаем даже такие явления, как доплата государством за ввозной хлеб с целью удер- жанйя твердых цен, об'явлениык.,у себя дома (Фрінция, Англия). Эти до- платы в одних странах и монополии в других являются онределешюй по- литикой дешевого хлеба, не ставкой на увеличение доходов фиска, а став- кой на смягчение социального недовольства. Успешность же достилгенил такого результата зависит целиком от прочности и мощности того аппарата снабясения, который вытеснит частное предпринимательство во всех его формах п действительно изолирует товар от протянутых рук общественных групіі, захвативших большие доли общественного дохода, выражеаиого в денежных знаках. Введение хлебного равенства при неравенстве денежном представляет нарочитые трудности, ибо по зако:іам социальной механик і товары будут всегда стремиться туда, где имеются денежные избытки. И в этом отношении, несмотря на все трудности и неудачи в области постройки аппарата снабжения, с которыми пришлось иметь дело совет- ским работникам в первый год прод;тарской диктатуры в России, следугт все-такн сказаті>, что общая работа в направлении введения социального равенства, общая перестройка всего социально-экономического уклада жи- зни — это и есть та основная работа, которая создаст необходимые пред- посылки для правильного' функционирования аппарата снабжения и распре- деления. По мере того, кіж перестройка социального организма будет итти вперед, будут, конечно, отпадать и специфические трудности спаблсенпя всех поровну, п не нужно будет затрачивать так много энергии на при- одел пне социального трения. . - > Таким образом, получив в наследство от старого реясизіа институт хлебной монополии, русские коммунисты доллсны будут, приняв его в свое руки, придать ему совершенно иной социальный характер. 11 постольку пооко.тьку в области социального переустройства мы стоям перед реально начатой работой, а не только перед прпнципиа.чьной декларацией, мы должны себе сказать, что все неудачи и недочеты первого года монополии отнюдь, пе должны, нас смущать. Если принять во внимание, что монополия были введена только па х.чеб, — продукт, производство которого распылено по миллиона,м отдельных хозяйств, и который, следовательно, наибол е поддается „утечке",-— и "'ТО первые шаги для введешн товарообмена в широком государственном мас- штабе были сделаны лишь во второй- поіовинв 1918 г., если вспомнить, наконец, к какой небывалой транспортной разрухе прийла Россию война, ц каково состояние ео денежного хозяйства, — то отнюдь по приходится удив.шться дефектам в работе монополизациощюго аппарата. Приходится, наоборот, констатировать, что, несмотря на все трудности и' техвичвскж» дефекты, аппарат уцелел, институт сохранился; теперь же необходимо іги только укрепить п усовершенствовать его технически, но и создать то условия, при которых он молсет функционировать без заминки. В настоящий момент против государственных агентов, на обя: а'.пюсти которых лежит „изолировать" хлебные продукты „от воздействия платеже- способного спроса" тех, кто предлагает захлеб спекулятивные цены н продает его только группам, имеющим денеяшыв избытки, выдвигается целая армия так называемых „меаіочникоз", которые, в свою очередь, пытаются изолировать хлеб от воздействия государвтвоннвіі машины. И в результате вместо прежних легальных хлебных бирж образуется своего рода нелегальный рынок, цены которого исчисляются с такил расчетом, чтобы покрыть все издержки возмоасиых реквизиций и пргс.тедоваиий. И так как этим господам удается провозить малые партии хлеба и продавать его, главным образом, в тех городах, где населеиие имеет де- нежные избытки, то отсюда делаются выводы о негодности рбиісствеяиого аппарата снабжения и о необходимости восстановить частную торговлю или легализировать, по крайней мере, самостоятельное самоснаблсенив от- дельных групп ка,с?деии8, вырывающих друг у друга кусок. I 3 — 120