-• 22 _______ ______ - Владимирец Г' зие оказались шкурниками и трусами. Среди г В'яих были также и предатели, стрелявшие в нЬвоего командира, бравого тов. Суржу. Бой \ цр численно> превосходившим врагом, естественно, кончился неудачно: школы потеряли . в чного раненных, убитых; пленных было очень ; Ч( чало. Почти все живые и здоровые вырвались из плена, отсиделись в болотах по горло I н; 5 в°Де> пьявки из'ели им руки и ноги, они Добросали шинели, шапки, но принесли це- ■ Вмыми винтовки. Среди оставшихся в живых | у^е' оказалось ни одного без ордена Красного "■■ „[Знамени. в{- Дни передышки. М- В течение нескольких дней наступила •; у[( іередышка. Обе стороны ничего не предпри- \ ._ гіимали. Едва вышедши из боев, части сразу 1 ке обратились в Подив: „даешь труппу", Чг „даешь лекцию", „даешь митинги, сходы" и Зе г- Д- Нередко—и это даже в боевое время і з з политсводке бывало читаешь: „продоволь- :твие ненормально, хлеб выдан мукою, не - 'I полностью. Настроение боевое. КрасноарЗхчейцы волнуются, что нет газет". Эти сводки чрезвычайно удивляли тогда эаботающих в Подиве в качестве культурI ]0 ч[иков нескольких Киевских меньшевиков. ,-, Эни никак не могли понять: хлеба нет— ■кр-цы не волнуются; газет нет—кр-цы вол- ; ' чуются. Наиболее видный из этих меньшевиков тов. Гортынский вышел из партии 3 меньшевиков и умер накануне вступления в РКП. Я помню восторженный рассказ Николая { I Михайловича Гортынского о том, как он в ^первый раз читал лекцию под огнем в ре- . зервном батальоне в ХЫ версте от окопов (там была окопная война, местами в проI ходах между болотами). „Ухают снаряды", "; [у рассказывает он, „ведут раненых, а ребята | .хоть бы что, слушают' чрезвычайно внима- : ' гельно". ч В 19 бригаду я привез из Подива заготовленные, кажется, по инициативе тов. Ро- •ргалева длинные полотна—мешки с надписями на польском языке: „Вы за панов, мы еза крестьян и рабочих" и т. п. Развился тособого рода спорт: ночью подползать к проволочным заграждениям и там развешивать эти плакаты. На утро поляки, обычно, , ь эти Плакаты обстреливали. Л' Любопытный случай произошел в дер. I з Пуховке. Деревня вытянулась длинной узкой улицей в несколько верст длины между на боевом посту. Десной и болотом. Наши расположились впереди деревни, имея позади себя этот единственный путь отступления. Поляки начали ^ри чрезвычайно сильной поддержке артиллерии наступать. Деревня загорелась. Получилась жуткая картина. Единственный путь отступления и связи с тылом был весь об'ят пламенем, покрытый сплошной тучей дыма, в которой сверкали разрывы снарядов. Полк дрогнул и отступил. Когда он вышел в деревню, ему навстречу мчались Помкомандир полка Шуваев, возвращавшийся из соседней деревни на шум боя вместе с инструктором Васильевым. Тов. Шуваев не задолго до того приехал из Москвы вместе с группой Московских комсомольцев, мобилизованных по партийной мобилизации. Все они вместе в Москве служили в коммунистической бригаде ЧОН. В полку вся группа комсомольцев была в нашей разведке. Вот на самого молодца из этих разведчиков, его фамилия, кажется, Петров, наткнулся Шуваев и приказал им кинуться в контратаку. Петрова, почти мальчика —он, шутя, пристыдил: „ах, ты, отступил. Смотри у меня, если сейчас пулемет не притащишь". „Притащу дяденька" ответил сконфуженный мальчик. Между тем поляки спокойно расположились в Пуховке, считая себя в полной безопасности, и начали даже раздачу табаку. Полк кинулся в сторону. Загорелся новый бой. На дороге стоит польский пулемет и. строчит. Маленький юркий Петров подпойзает к пулемету, гранатой убивает пулеметчиков и, забыв, что бой, тащит на спине пулемет и кричит: „дяденька Шуваев, пулемет тащу". Прекрасные отношения были у дивизии с населением, среди которого она вела гигантскую политработу. В то время, в районе, занимаемом дивизией, , оперировали банды Ромашки и Маруси. Нередко они нападали на части различных дивизий. Лишь на части 7 дивизии нападений не было: крестьяне не пускали. Полевой Штадив стоял в м. Бобрик, в полверсты от него, через болото собирался с'езд бандитов и находился штаб Ромашки, как выяснилось впоследствии, но никаких налетов крестьяне не позволяли бандитам делать. Полевой Подив помещался в Бобрике в хате довольно зажиточного крестьянина. Когда Подив вместе с Штадивом перешел в
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4