b000000754

------ 14 ------ законодательныхъ мѣръ начала этого столѣтія, снимавшихъ стѣсненія съ крестьянской промышленности, и въ особенности тарифъ 1819 г., подѣй- ствовавшій весьма губительно на крупныя фабричныя заведенія, но распространившій навыки и промышленное искусство обучавшихся въ этихъ заведеніяхъ рабочихъ по селамъ и деревнямъ, — все это способ- ствовало оживленно мелкой крестьянской промышленности по всей Рос- сіи, а таіше и въ Ншкегородскомъ краѣ. Въ этомъ послѣднемъ къ тому присоединилось еще и открытіе такого ваяшаго пункта сбыта и склада сырыхъ матеріаловъ, какъ Шшегородская ярмарка, въ періодь 1817 — 1828 гг. перенесенная въ Нияшій изъ-подъ Макарьева. Близость такого тор- говаго крупнаго центра, поднявъ промышленное значеніе самаго Нияшяго, дала дальнѣйшій толчекъ промышленной энергіи населенія, освободивъ его еще болѣе отъ вліянія чисто мѣстныхъ условій производства. Милліоны пудовъ сибирскаго ягелѣза, оренбургской шерсти, кожъ пошли въ пере- работку по селамъ и деревнямъ Нижегородской губерніи, небогатой соб- ственнымъ скотомъ и едва могущей удовлетворять ардатовской рудой Выксунскіе заводы. Однако ояшвленіе промышленной дѣятельности, сказавшееся какъ въ увеличеніи производительности отдѣльныхъ промышленныхъ центровъ, такъ и въ географическомъ разселеніи производствъ, нашло въ себѣ за- датки позднѣйшаго погошенія заработковъ. Взаимная конкурренція но только семеновско-балахнинскихъ и арзамасскихъ валенщиковъ, но и вятскихъ, пермскихъ и другихъ отразилась во второй половииѣ настоя- щаго столѣтія замѣтнымъ сокращеніемъ спроса и упадкомъ цѣны на издѣ- лія. То же самое произошло въ промыслахъ гвоздарномъ, сапояшомъ и пр. Дальнѣйшимъ фактомъ, повліявшимъ на характеръ и развитіе про- мысловой жизни губерніи, слѣдуетъ считать событіе 19 февраля 1861 г. и въ частности вліяніе иослѣдующихъ актовъ законодательства, тѣсно съ нимъ связанныхъ. Особенно ваяшое значеніе для крупнѣйшей группы промысловъ Нюкегородскаго края, древообработывающихъ, имѣло отгра- ниченіе крестьянскихъ надѣльныхъ лѣсовъ отъ казенныхъ и владѣльче- скихъ и связанныя съ тѣмъ мѣры ограниченія населенія въ пользованіи лѣсными богатствами края. Въ памяти каяедаго крестьянина-кустаря лѣсныхъ уѣздовъ исторія его промысла распадается на два періода: „когда въ лѣсахъ было приволье" и „когда лѣса отошли". Къ первому относится возникновеніе, развитіе и процвѣтаніе промысла, ко второму — его упадокъ, бездоходность, работа „по привычкѣ". И нельзя сказать, чтобы въ основѣ такого представленія леяіало преувеличеніе. Доходность древообработывающихъ промысловъ дерліалась на общедоступности и дешевизнѣ первоначальнаго матеріала; когда же лѣса крестьянскіе и