b000000749

384 Москвѣ въ покоѣ шить съ Польскими и Ли- товскими людьми, или еще большія крестьян- скія крови желаютъ>. Мы-же, писали паны рады, «на обѣ стороны готовы» . Ѳедоръ Ивано- вичь Шереметевъ и его сотоварищи, большіе бояре, находили, что «непригоже было бы и принимать имъ того листа пановъ рады, не токмо что по немъ какія государскія дѣла дѣ- лати, для того, что писано въ томъ листу во всемъ высоко, не по прежнему обычаю, какъ бывало прежъ сего при великихъ государѣхъ, царѣхъ и великихъ князѣхъ Россійскихъ, и даже не описано въ немъ самого имени вели- каго государя царя и великаго князя Михаи- ла Ѳедоровича>^^Ч Но крайняя нужда въ мирѣ, покоѣ и тишинѣ не позволяла останавли- ваться на одной внѣпіней сторонѣ дѣла. Не смотря на «непригожія и гордыя слова» Поль- ской грамоты, бояре рѣшились принять ее, и въ декабрѣ того же года послали къ панамъ рады съ дворяниномъ Ѳедоромъ Григорьеви- чемъ Желябужскимъ пространный отвѣтъ, въ которомъ доказывали, что съ ихъ стороны никакой измѣны королевичу Владиславу не *"і Собраніе государственныхъ грамотъ и договоровъ. Ч. Ш. М. 1822. стр. 106 и 107.