b000000749

269 нотою, прежде всего раздражили Заруцкаго и все его казачье атаманье, собравшееся подъ Москвою вовсе не для того, чтобы скучать подъ строгою властью трехъ правителей, ко- торымъ предоставлено было, между прочимъ, казнить смертію заграбежъ. Ляпуновъ, <имѣ- яше къ казакѳмъ жесточь», увлекся до того, что сталъ сажать хищниковъ въ воду, даже безъ земскаго приговора, какъ того требовала грамота. Самъ же Заруцкій былъ раздосадо- ванъ еще и тѣмъ, что Ляпуновъ завелъ сно- шенія съ Шведами и звалъ ихъ королевича^ это уже окончательно разстроивало всѣ его разсчеты и отдаленные виды, захватить Мо- сковскій престолъ для Маринкина сына. Кромѣ того, Ляпуновъ, при всѣхъ своихъ достоин- ствахъ, былъ очень гордъ и заносчивъ, чѣмъ возстановилъ противъ себя не однихъ только казаковъ: <Сей же ПрокоФей Ляпуновъ, — го- воритъ лѣтописеіі,ъ, — не по своей мѣрѣ воз- несся и гордость взя, много убо отецкимъ дѣ- темъ позору и безчестья дѣлапіе, не токмо боярскимъ дѣтемъ, но и самимъ бояромъ^ при- ходяху бо къ нему на поклонеше и стояху у него у избы многое время, никакова человѣка къ себѣ не пущапіе и многокоризными слове-