b000000749

172 Послѣ пораженія Понизовой рати, Лисов- скій еще долго наводидъ ужасъ на окрестныя мѣста и не покидадъ Суздаля, не смотря на то, что городъ этотъ былъ въ конецъ раззоренъ и онустошенъ необузданной Польской воль- ницей. Еще 29 апрѣля, тамошній воевода Пле- щеевъ писалъ къ Сапѣгѣ въ Троицкій таборъ, что «въ казнѣгосударевыхъ(т. е. самозванце- выхъ) денегъ нѣтъ никакихъ отъ самые отъ осени, потому что въ Суздалѣ торговъ нѣтъ, и кабакъ разорился, и уѣздные люди разорены отъ ратныхъ отъ Литовскихъ людей и отъ ка- заковъ, и многіе Суздальцы посадскіе людиш- ки, домишка свои пометавъ, разбрелись розно; да и впередъ всѣмъ намъ погинути, только уйму къ Литовскимъ людемъ не будетъ. Не токма что животина, лошади и коровы на поле выпустити что изъ дворовъ, жены и дѣти къ себѣ емлютъ, а управы никоторыянѣтъ. По ся мѣста около Суздаля окольніе люди не пахи- вали, а пахати отъ ихъ насильства и отъ гра- бежу не смѣютъ, и впередъ ждати нечего, не даля 6000 Шереметева войска, и что самъ Шереметевъ въ то время находился съ остальньшъ войскомъ во Владимірѣ (Сынъ Отечества и Сѣверный Архивъ за 1838 г. Т. I. отд. 3. стр. 49). Очевидно, въ Дневникѣ записанъ совсѣмъ другой случай, о которомъ не упоми- нается въ нашихъ лѣтописяхъ.