b000000694

\,°^>\\\\\\\,>Л\>\\ II въ случаѣ отказа угрожали начать опять бунтъ Думные бояре разсуждали объ этомъ нредложепіп; большинство дворянъ было протпвъ: въ Россіи еще не было прииЬра двое- властія, но преданные терему виііи привели прпмѣры изъ священной и свѣтскоіі исто- ріи: Фараона и Іосифа, Аркадія и Гонорія, Васплія II и Константина VIII; лучшимъ доводомъ слулсили копья стрѣльцовъ (1682). Софія торжествовала: она царствовала подъ имеыемъ обоихъ братьевъ, Іоаина и Петра. Она не упускала случая явиться въ народѣ, участвовала въ процессіяхъ, крестныхъ ходахъ, присутствовала мри богослуженін и при освященіи церквей. Въ Успенскомъ соборѣ она занимала мѣсто царицы, тогда какъ ея братья — царское ; но при этомъ она поднимала занавѣски. Когда раскольники вызвали на преніе православ- ныхъ епископовъ, Софія хотѣла присутствовать и даже желала, чтобы преніе происхо- дило на .Іобномъ мѣстѣ. Оппозиція этому была однако такъ сильна, что Софія согласилась назначить Грановитую палату мѣстомъ для спора; она сидѣла позади бра']ъевъ. Въ Москвѣ еще сохраняется двойной тронъ, употреблявшійся въ подобныхъ случаяхъ: въ спинкѣ продѣлано отверстіе, скрытое подъ шелковою занавѣской : позади этой-то занавѣски са- дилась Софія. Эготъ странный тронъ составляетъ силволъ неслыханнаго въ Россіи пра- вленія двухъ видимыхъ царей и невидимой царевны. Между тѣмъ въ душѣ стрѣльцовъ проснулось народное предубЬжденіе протипъ' женскаго правленія. Ихъ оскорбляло презрѣніе царевны къ древнимъ нравамъ. Софія была для нихъ уже «позорнымъ лицомъ». Другою причиною къ псудовольствію служила поддержка, которую оказывала царевна преобразованной Ниісономъ Церкви, тогда какъ стрѣльцы и большинство народа дерл;алпсь «старой вѣры». Софія велѣла схватить тѣхъ изъ старовѣровъ, которые во время пренія въ грановитой палатѣ оскорбили пат- ріарха и епископовъ: главному предводителю, Никитѣ, отрубили і олову. Глава стрѣль- цовъ, Хованскій, сочувствуя расколу или желая нравиться своимъ подчиненпымъ, нока- зывалъ видъ, будто раздѣляетъ ихъ неудовольствіе. Пребываніе двора въ Москвѣ становилось опасно. Софья, царица-мать и молодые цари укрылись въ Свято-Троицкомъ монастырѣ и призвали воор5женныхъ дворянъ. Хованскій получи.иъ приказаніе явиться туда, но бнлъ схваченъ на дорогѣ и казненъ вмѣстѣ съ сыномъ. Стрѣльцы старались произвести новып мятежъ, но но свойственному народу и милиціи непостоянству вдругъ пе- решли отъ крайней дерзости къ глубокому унынію. Они отправились въ Троицкій монастырь съ повинною, неся топоры и плахи для своей казни. Патріархъ согласился просить за нихъ; Софья удовольствовалась казнью главныхъ мятезкниковъ. Царевна Софія, избавившись отъ сообщниковъ, правила при содѣйствіи новаго стрѣлецкаго главы, Шакловитаго, которыіі, будучи возведенъ ею изъ ничтоліества, былъ преданъ ей душей и тѣломъ, и, опираясь на близкаго ей человѣка, князя Василія Голи цына. Голицынъ сдѣлался героемъ исторической школы, которая противопоставляетъ его генш — генію Петра Великаго, точно такъ, какъ во Франціи превозносили герцога Ген- риха Гиза въ ущербъ Генриху IV. Голицынъ былъ самымъ близкимъ къ Софіи чсло- вѣкомъ, ея правою рукою въ военныхъ дѣлахъ и въ то же время направлялъ ея ино- странную политику. Софія и Голицынъ трудились надъ организаціею свяіцениаго союза Россіи, Польши, Венецш и Австріи, противъ Турокъ и Тагаръ. Они старались привлечь къ этому союзу западныя католическія державы, и въ 1687 году Яковъ Долгорукій и Яковъ Мышецкій высадились въ Дюнкирхенѣ и отправились оттуда ко двору Людо- вика XIV. Ихъ приняли очень дурно: французскій король не имѣлъ ни малѣйшаго желанія воевать съ Турками; напротивъ, онъ былъ въ союзѣ съ Магометомъ IV, ко- 31