b000000694

ГЛ. XV. и в А Н Ъ ГРОЗНЫЙ. 161 уничтоживъ послѣ долгихъ усилій русскія области, стѣснявшія Москву, сдѣлали ту-же самую ошибку, какъ французскіе Капетинги и первые Валуа: назначая удѣлы младшимъ сыновьямъ, они поддерживали одною рукою то самое зданіе, которое разрушали другою : за владѣтельными князьями одиннадцатаго вѣка слѣдуютъ князья царской крови, удѣ^[ь- ные князья пятнадцатаго и шестнадцатаго вѣка. Они имѣютъ свои области, своихъ бояръ, боярскихъ дѣтей. Родные братья великаго князя, дядья, двоюродные братья становятся во главѣ побѣжденной олигархіи и организуютъ противъ государя коалицію изъ силъ минувшаго времени. Въ отношенін къ нему они играютъ такую-же роль, какую играютъ бургундскіе Капетинги относительно къ капетингскимъ королямъ Франціи, — Карлу VII, Людовику XI, Карлу VIII. По смерти Василія Ивановича остались два сына, Иванъ и Юрій, подъ опекой его второй жены, Елены Глинской. Глинская пріѣхала въ Россію съ семействомъ Ли- товскихъ дворянъ, изгнанныхъ изъ родины Александромъ и обвиненныхъ въ умыслѣ на его жизнь. Елена Глинская прельстила своего стараго мужа Василья не только красо- тою, но и свободными манерами, твердостью ума и характера, разнообразными познапіями, которыхъ нельзя было встрѣтить въ русскихъ женщинахъ того времени, осужденныхъ на жизнь взаперти. Она была почти западною женщиною. Василій ыогъ, умирая, завѣ- щать ей вмѣстѣ съ опекою надъ дѣтьми и заботу упрочить зданіе, надъ которымъ трудился какъ онъ, такъ и его предшественники: зта энергическая правительница съумѣла обуздать всякую попытку князей и олигархической реакціи прсіииъ самодержа- вія великаго князя. Братъ мужа, Юрій Ивановичъ, уличенный въ мятежѣ, бы.гь взятъ подъ стражу и умеръ въ тюрьмѣ. Самый дядя Елены, Михаилъ Глинскій, честолюбивый и безпокойный Литовецъ, пользовавшійся нѣкотороѳ время ея довѣріемъ, былъ также арестованъ и умеръ въ заключеніи. Другой братъ покойнаго царя, Андрей Ивановичъ, бѣжалъ въ Польшу искать помощи у Сигизмунда: его схватили на дорогѣ и посадили въ тюрьму. Литва хотѣла помочь внутренниыъ мятежникамъ, объявивъ войну Москвѣ: эта война, впрочемъ не важная, окончилась въ 1537 г. перемиріемъ. Крымскіе и Казан- скіе татары были разбиты нѣсколько разъ. Чтобъ предохранить Москву отъ внезапнаго нападенія, она велѣла обнести стѣнами часть столицы, называемую Китай-городомъ. Не смѣя ввѣриться внолнѣ ни боярамъ, ни князьямъ, ни далее своимъ роднымъ, она приблизила къ себѣ великаго конюшаго, князя Ивана Овчину-Теленнева-Оболенскаго, который, по мнѣнію народа, былъ ея любовникомъ. Столь энергическія мѣры противъ внѣшнихъ и внутреннихъ враговъ не нравились олигархической партіи: въ 1538 г. Елена умерла отъ яда. Теперь правленіе перешло въ руки бояръ, которые уморили въ тюрьмѣ великаго конюшаго и заточили его сестру Аграфену, мамку молодаіо Ивана. О власти спорили преимущественно двѣ фамиліи; должности и воеводства раздавались поочередно креату- рамъ обоихъ домовъ, и народъ подвергался ужасному грабежу: партіи по своему' произ- волу возводили и низвергали Московскаго митрополита. Наконецъ Андрей Шуйскій про- никъ съ отрядомъ войска въ городъ и Кремль, свергнулъ Бѣльскаго и еще разъ низвелъ митрополита. Между тѣмъ какъ вельможи вырывали власть другъ у друга, оба сына покойнаго царя Василья росли безъ всякаго призора. Младшій, Юрій, былъ слабъ умомъ; по Иванъ, какъ впослѣдствіи Петръ Великій, былъ щедро награзкденъ отъ природы. Онъ страдалъ, терпя презрительное обхожденіе своихъ мятежныхъ подданныхъ. «Насъ-ліе со едипород- нымъ братомъ, святоночившимъ Георгіемъ», писалъ онъ впослѣдствіи, «питати начаша