b000000662

фигуры Дионисия, замирает на известной высоте благодаря «готическому изгибу» шеи, склонению головы. С исключительным совершенством исполь- зует Дионвсвй аркообразные рамы (в люветах), в соответствии с кото- рыми он оформляет композицию своих фресок «О тебе радуется», «Похвала Марии», «Покров» (в Ферапонтовом монастыре) и «Поклонение волхвов» (в московском Успенском соборе). Фигура Николая, изображенного в своде правой абсиды, так тесно увязана с архитектурным окружением, что кажется, будто выгнутые плоскости арок и сводов продолжают движение, зародившееся в формах этой фигуры. Движение вверх но смыкающимся дугам, замирающее в изгибе, мы видим в фигзрах обнявшихся Марии и Елизаветы, в «деисисах» и др. (подчас, как, например, в «Притче о 10 девах», в «Лоне богоматери», на «Страшном суде», Дионисий вводит нарисованную аркообразную раму). Духовный порыв вверх не увлекает героев Дионисия в недоступную, беско- нечную даль, как это было, например, в Волотовской церкви, они остаются «верными земле». Композиции Дионисия в люнетах по своей архитектонич- ности, тесной связи с архитектурным окружением, уравновешенности (избе- гающей строгой симметрии), ясной расчлененности и в то же время объединен- ности форм, благородной грации напоминают лучшие мозаики Кахрие-Джами, вроде «Раздачи пурпура» ^^. Превосходная связанность фрески с архитектурой, обобщенность письма характеризуют Дионисия именно как мастера монумен- тальной живописи 2*'. Те же свойства композиции, что и у Диописия, — ясное выделение и коор- динация фигур, объединение их обобщенной линией, уравновешенность без строгой симметрии, внутренне оживленное спокойствие форм, музыкально- ритмическое строение линий ^о и композиционной схемы, разрешепность дви- жения в пределах картины, замкнутость композиции и т. д. — мы находим и в иконописи XV века. Так, в упоминавшемся «Надгробном плаче» из Городца замкнутость композиции достигается завершенностью истаявшего движения, начатого полножизнеиной вертикальной фигурой Марии Магдалины и заканчи- вающегося безжизненной горизонталью мертвого Христа. В «Снятии с креста» из Городца линейный мотив склоняющегося тела дап как результат двух сил: давящей сверху горизонтали креста и вертикальной опоры, которую создает фигура матери; таким образом создается замкнутая форма, равновесие, лишен- ное симметрии. Интересно создается замкнутая динамическая композиция посредством «готического разворота» фигуры и уравновешенности взаимно противоположных движений на новгородской иконе XV века «Георгий Победо- носец» (в Третьяковской галлерее). Замечательный образец музыкально-ритми- ческой разработки линейной темы и замкнутой архитектоники дает икона «Покрова» XV века из собрания Рогожского кладбища ^^ и ^2. Проникновение духа музыки в живопись Дионисия и вообще в русскую иконопись XV века не ограничивается указанными принципами компонирова- ния. В XV веке в России появляются и разрабатываются иконы, воплощающие в живописных образах песнопения — «О тебе радуется», «Похвала богоматери», «Да молчит всякая плоть», «Достойно есть» и др., прославляющие благость мира, полные пафоса «соборности», объединения всего живого — от человека до зверя и растения. Эти радостные гимны прекрасному бытию впервые (из дошедших до нас) появляются на стенах храмов в росписях Дионисия в москов- ском Успенском соборе и в Ферапонтовом монастыре. Больше того, в основу системы своих росписей Дионисий кладет пе «историческое» и не логико-дог- матическое следование, а развертывает основной (2-й) их ряд как сюиту иллюстраций к акафисту Марии, так что даже привычные сцепы «Благовеще- ния», «Сошествия во ад» и др. теперь как бы рождаются из песни, музыки, и роспись в целом становится лирикой, переведенной на языке живописи. 48