b000000662

Прп.юшсепие К ВОПРОСУ о ГЕНЕЗИСЕ НОВГОРОДСКОГО И МОСКОВСКОГО ИСКУССТВА СЕРЕДИНЫ XIV— НАЧАЛА ХУ ВЕКА И в наше вреня подчас поддерживается некоі да сло/кивпісеся мнение о Р^блеве как )ченике и преемнике Феофана Грека. В то же время ,зто представление ужи- вается с атрибутированием Феофану цикла основных, новіородских стснописеи второй половины XIV века в церквах Успении в Болотове и Федора Страгн- іага в Новюроде наряд^ с фресками Спаса Преображения. Такою рода совме- щение характерно для концепции Муратова, который всю русскую игнвоаись от конца ХіѴ до начала XVI века неправильно рассмаірнвает как единое по своему стилю новюродское искусство. Гипотезу о Рублеве как последователе Феофана поддерживал Ш. Диль; она воспроизводится у Рео, Стефанеск}, Швейнфурта. И. Грабарь в своей работе о Рублеве («Вопросы реставрации», 1926, сб. 1) ;установил реиіительное отличие рублевской ліанеры оі живописною стиля Фео- фана, которому был близок сотрудник Рублева но росписям во Владимире Да- ниил Черный. Учебу Р^блева у Феофана отверіает Алпатов, трактующий этих худояіников как весьма отличных др)г от др}га^. Более правильно и четко раз- граничить их стиль помоіаеі Алпатову то, что он в своей характеристике опи- рается лишь на определенно }становдеиные в их подлинности работы Фео- фана и Рублева, в частности не атрибутируетФеофану часто ирнписыващихс» ему икои московского круга 2 и других новгородских фресок, кроуіе спасо-пре- ображенских. Собственно юворя, мнения об учебе Рублева у Феофана и сродстве их сти.ія опираются на факт их совместной работы в московском Благовещенском соборе в 1405 году, к концу деяіельности Феофана в России, а такясе на сблиигенпе икон Р^блева с иконами, приннсанныліи Феофапу. Что же касается новгородских фресок церквей Успения в Болотове и Федора Стратилата, то они некоторыми историками искусства (И. Грабарелг, Аписичо- вым, Дилем, Стефанеску и др.) ^ приписывались прялю Феофапу Греку. Стплн- стическое единство в росписях Спаса Преобранѵения и Федора Стратилата (не приписывая последние Феофану) видят Муратов, Дурново, во фресках Во- югова и Федора Стратилата — Айналов, Окупев, Алпатов. С последними Айна- лов сблп;кает и ковалевскне фрески, которые большинством авторов выделяются особо, как более архаические. Сближая меяиу собой водотовскне и федоровские росписи (происхождение которых он считает неясным), Алпатов особенно акцен- тирует их отличия от спасо-нреображенских фресок Феофана*. Одним из аргзліентов в пользу сближения иск}сства Феофана Грека с москов- ским искусством круга Рублева является предположение, что Феофан уже до Нов- города работал в Москве. Однако и этот внешний факт является лишь мало об- основанным предположением. Документально (по летописям) известны только четыре росписи Феофана, из которых первой датир^ется ею новгородская ра- боіа в церкви Спаса Преображения (1378); не допіедшие же до нас ею мо- 1о7