b000000662

иляется жанровых сцен, бытовых ио<іробностей; оиреіеленпей становпгся нер- спективное уменьшение предметов по мере удаления, фигуры по своей величине становятся более соизмеримыми со своим окружением, более правіоподобно изображается растительный мир и т. д. Но во всем этом ])азвитип было уже мало принципиально нового, а в то лге время искусство }ірачивало первона- чальную свежесть и полнокровие ягивописи ХѴП века, впадало в с\хость, застывало в сложившихся шаблонах. Новшества, имеющие принципиальное значение, мы всіречаем в очень инте- ресных росписях ярославской церкви Знамения богоматери (иначе Барварин- ской, 1743) ^9. Во фресках этой церкви получают значительное развитие элементы подлинного барокко западноевропейского типа. Женские лица и р}кп становятся (например, па фресках никла «Песпн песней», табл. СП) окр)глычи, п\хлыми, мясистыми; крупные, массивные, ірузпые фпіуры выдвигаются па перещин план; ягенские фигуры в пышных западноевропейскою покроя одежіах сби- ваются в огромную массу, об))аз\я слитную группу. М\.кскпе фпг\[)ы (в цикле ф[)есок па тему о борьбе новгорощев с суздальцамп, табл. Х\'І1І, С) приобретают большую плотность, весомость, в них больше, чем ранее, чувствуется паііраже- нпе; у воинов обнажаются м)скулистые торсы и ноги. Моделировка гела стано- вится более развитой и энергичной, создается впечатление пластичности, зна- чительного рельефа. Разработка сцен, посвященных борьбе новгорощев с суз- дальцами, где мы видим полуобнаяіенных, мускулистых воинов — в античных иі.іемах и развевающихся плащах, — принимающих театрально-торжественные или напрял;енно-энергнчпые позы, напоминает историко-героичгс >пй жанр барокковой живописи XVII века. На варваринских фресках мы встречаем [)0с- кошь более тяжеловесную и пышную, чем в XVII веке, в них сильнее выражено перспективное сокращение фигур дальнего плана. В го же в|)емя здесь меньше яркой пестроты тонов, больше стремления к сіипсгву цвета, как, например, в притчах, где выдвигаются в качестве основных зеленоват ые и коричневатые приглушенные тона. Вместе с тем варваринскпе фрески удаляю іся от тенден- ций народного иск)сства, так ярко отразившихся на стеноппсях XVII века. Росписи Вірваринской церкви были последним худоягественно значительным явлением в области монументальной религиозной ягивописи. Жалкие стенописи позднейшего времени, вроде росписей Сапожникова в угличской церкви Димитрия на крови (1772) или тульского собора (1765 — 1767, с участием того же мастера)*", имеют значение лишь курьеза и стоят за пределами искусства.