b000000662

полон ликования, он \очег ініслаікдаться пзобилиен пинов земны\ и нро- і^кцни человеческих р^к. Людей, нриро^}, юрода, знания, все предметы он одевает в роскошные, праздничные наряды, боіато орнаменінрованпые. В отличие как оі іоіикн, так и от высокою репессаиса, живопись раннею ренессанса склоняется не к ангикизирующей, классицпсіическоіі идеализации, а к фангасінчески-сказочному }крашенню дейсівиіельносіп. Релиіиозный >іиф под кистью радосіно и по-свеіскц настроеипою \удоиѵника перероук;аеіся, с одной сгоропы, в заняіную сказк), с друюн стороны — в ;канров}ю сцену из совре- менною быіа. Библийские нерсопа/ки переодеваюіся в совреѵіенные иіальян- ские КОСІЮМЫ, свіііые выглядят разодеіыми франтами. Человеческие фиі\ры приобреіаюі ірациозносіь, светское изящество, юношескою стройпосіь. 1І цер- ковных сісноппсях расиіиряеіся кр>г сюзкетов за счет ветхого завета, деіенд и житий новейших «святых». В библейские сцены х^ іолгннк ввоиіг современ- ных ему исторических лиц; он обращается к истории, современной ем) обще- ственной жизни; в росписях дворцов и общее і венных здании появляются чисто светские сюжеты; по и в релиіиозиые картины внедряются сцены народной жизни и труда. Живопись черпает теперь для себя материал из наблютении окружающей жизни. Но ее влекут и далекие, неведомые страны, которые она изображает в аспекте сказочной восточной ркзоіпки или волшебною рыцар- ского романа. Так лее как это было в русской живописи XVII века, иіальяи- ское кватроченто открывает мир природы, проявляет любовный интерес ко всему жпвому, населяет свои картины разпообразными животными, внедряв і изобильно растительность, од)шевляеіся романтикой ландшафта. И в передаче пространства, идя в ряде отношений (в смысле большей вьцеря;анпосіи линей- ной перспеіітивы, большей л вязки фигур с компонентами ііейзал^а, большей объемности предметов, передачи материалов и т. д.) іальше русских фрески- стов XVII века, итальянские квагрочентисты исполізЗ}ют, однако, сходные типи- ческие приемы: всеохватывающие панорамы, построение пространства в не- сколько планов п| и помощи затпика, кулпс, ступенчатой композиции, громоздя- щиеся быстро вве[)х скалы, спирально развернутые шествия. В их картинах обычно нет еще возд}ха, определенною источниіѵа света, свето-воздушнои ітерспекгивы, у дальних предметов контуры так же четки и краски так же ярки, каі{ и у ближних; небо часто еще остается іладким фонолі; худолсннк еще «лениі» картину, а не «пишет)) ее как игпвописец. Каіг и русские мастера XVII века, худолатпки кватроченто л^адно интересуются не только природой, но и плоіами к^лы^ры, издедияліи р^к человеческих, повсюду изображают фантастическую архитектору сказочных городов, охотно показывают щедро изукрашенный натюрліорт, наря^іпые, празщичпые оіеж^ы. Живописец кватро- ченто, всецело захваченный мноюобразным зрелищем вещественного мира и пестрой сченои внепніих событий, таклге мало был заинтересован внутренней жизнью, психологией своих персонажей. Занятілй іелами человеческиліп, художник нисколько не склонен размышлять о «болѵественпых і^еяпияx)) ; жизне- радостный новеллист, он хочет возмолаю больше рассказать о запимате.іьных земных приключениях. Живопись кватроченто становится иллюстративно-пове- ствовательной, наполняется жанровыми сценками, упивается бытовыми подроб- ностямті, она вьідвпіает Лѵитейские сцены в качесіве побочных іЭиизодов, в которых тонет релпіиозныи сюжет. Интерес к материальному миру в живоииси ратінего ренессанса вырансается в стремлении возмолгно шире охватить все чнонгество явлений ,)гого мира во всем их разнообразии. Сценическая площадка картины растииряеіся и вмещает огроліное количество всяческих фиг}р, предметов, кусков я»нзнн. Все это множество лишено единства, организован- ности, которая в готике была слетствпем претустановлепных «свыше)), і з мира духа, закономерностей; зт<'сь неі единою лст[)емления в определенном напра- 10 Б в Мих&йлопскіій и Б и Пуришсв ІѴО