b000000635

Ы Л И Н А О ЛОТОКѢ. И скатнымъ жемчугомъ усажена. Вынилаетъ онъ, Потокъ, Ызъ налушна свой тугой лукъ, Изъ колчана нынпмалъ калену стрѣлу, И беретъ онъ тугой лукъ въ руку лѣвую, Калену стрѣлу — въ правую, Накладываетъ на тетивочку шелковую, Потянулъ онъ тугой лукъ за ухо, Калену стрѣлу семи четвертей, Заскринѣли полосы булатныя И завыли рога у туга лука, А и чуть было спуститъ калену стрѣлу, Провѣщится ему лебедь бѣлая, Авдотыошка Лиховидьевна: — А п ты, Потокъ Михайло Ивановичь! — Не стрѣляй ты меня, лебедь бѣлую; — Нѣ въ кое ') время нриголіуся тебѣ. — Выходила она на крутой берешокъ, Обернулася душой красной дѣвіщей. А и Потокъ Михайло Ивановичъ Воткнетъ копье во сыру землю, Привязалъ онъ коня за остро копье, Сохваталъ дѣвицу за бѣлыя ручки И цѣлуетъ ее во уста сахарныя; Авдотыошка Лиховидьевна Втапоры больно его уговаривали: — • Ахъ ты, Потокъ Михайло Ивановичь! — Хотя ты на мнѣ и женишься, И кто пзъ насъ прежде умретъ, — Второму за нимъ живому во гробъ итти. — Втапоры Потокъ Михайло Ивановичь Садился на своего добра коня, Говорилъ таково слово: «А и ты гой есп, Авдотья Лиховидьевна! « Будемъ въ городѣ Кіевѣ. « Въ соборѣ ударятъ къ вечернѣ въ колоколъ, — «И ты втапоры будь готовая, «Приходи къ церкви соборныя, ■ Тутъ иримемъ съ тобою обручепье свое>. А у Потока Михаилы Ивановича Со молодой женой Авдотьей Лиховидьевной Не много житья было — полтора года. Захворала Авдотыошка Лиховидьевна. Съ вечера она расхворается, Ко полуночи разболѣлася, Ко утру и преотавилася. Мудрости искала надъ мушемъ своимъ 2 ), Надъ молодымъ ПотокомъМнхайлоюИвановичемъ. Рано зазвонили къ заутрени, Онъ пошелъ, Потокъ, Соборнымъ попамъ вѣсть подавать, Что умерла его молода жена; Приказали ему ионы соборные Тотчасъ на саняхъ привезти 3 ) Ко тоя церкви соборныя, Поставить тѣло на паперти, А и тутъ стали могилу копать. Выкопали могилу глубокую и великую. Глубиною и шириною по двадцати сажень; Сбирались тутъ попы со дьяконами И со всѣмъ церковнымъ причетомъ. Погребали тѣло Авдотышо. И тутъ Потокъ Михайло Ивановичь Съ конемъ и збруею ратною Опустился въ тое жь могилу глубокую; И заворочали потолиомъ дубовымъ, И засыпали песками желтыми, А надъ могилою поставили деревянной крестъ; Только мѣсто оставили веревкѣ одной, Которая была привязана Къ колоколу соборному. И стоялъ онъ, Потокъ Михайло Ивановичь, Въ могилѣ съ добрымъ конемъ, Съ полудня до полуночи, И для страху добывъ огня, Зажигалъ свѣчу воску яраго. И какъ пришла пора полуночная, Собиралися къ нему всѣ гады змѣиные, А потомъ нришелъ большой змѣй, Онъ жжетъ и палитъ пламемъ огненнымъ; А Потокъ Михайло Ивановичь Па то-то не робокъ былъ: Вынималъ саблю острую, Убиваетъ змѣя лютаго И ссѣкаетъ ему голову, И тою головою змѣиною Учалъ тѣло Авдотьино мазати. Втапоры она, еретница, Изъ мертвыхъ пробуждалася; И онъ за тое веревку ударилъ въ колоколъ; И услышалъ трапезникъ, Бѣжитъ тутъ къ могилѣ Авдотьиной, — Ажио тутъ веревка изъ могилы Къ колоколу торгается. И собираются тутъ православной народъ, Всѣ тому дивуются. А Потокъ Михайло Ивановичь *) Въ нѣкое, въ какое нибудь. 2) Хотѣла его перехитрить, опутать чарами, погубить живьеиъ въ силу клятвеннаго договора, з) Древнѣйшій обычай класть умиравшихъ въ саняхъ, извѣстный изъ Иоученія Владиміра Мономаха и рисунковъ къ Житію Бориса и Глѣба, 74