b000000635

БЫЛИНЫ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. НОВГОРОДСКИ!. камъ, а потомъ похож денія его въ Подвод- номъ Царствѣ,гдѣ опъ умшюстивляетъ разгиѣ- ваннаго «Моршпо Царя» игрою на своихъ сладкозвучныхъ гусляхъ; въ другихъ былп- нахъ рисуется превосходная картина бога- тѣйшей Новгородской торговли, которую не можетъ закупить Садко всѣми несчетными богатствами, какія доставляетъ ему могучій властитель Подводнаго царства. Въ былинахъ о Васькѣ Буслаевѣ разсказывается весьма отчетливо и подробно, какъ пабнралъ онъ се- бѣ ватагу изъ «удалыхъ добрыхъ молодцевъ», и какъ со всѣми «мужиками Новгородскими» бился объ закладъ о томъ, что нхъ всѣхъ переколотить. Яркими чертами набросана картина отчаянной драки между горстью буйной молодежи и густою толпою ихъ оже- сточешшхъ иротивниковъ: и головою выше всѣхъ удальцевъ изображенъ въ общей свал- кѣ могучій Васька Буслаевъ, для котораго нѣтъ супротивника по силѣ и которому пер- вая попавшаяся въ руки тѣлежная ось слу- житъ несокрушимым 1 ]), страшнымъ оружіемъ- Побитые и изувѣченные «мужики Новгород- скіе» идутъ съ дарами и жалобой на Ваську къ его матери, «матерой вдовѣ Амелѳѣ Ти- моѳеевнѣ» и тотъ буйный силачь, котораго не могла обуздать толна иротивниковъ, слѣио повинуется первому слову матери, и даже терпѣливо сноситъ отъ нея ваказапіе за свое буйство, когда она его сажаетъ въ погребъ. Въ закжюченГё того, что мы говорили о былинахъ новгородскихъ, нельзя ие отмѣтить еще одной черты: — какъ лѣтопись новго- родская исключительно занимается ониса- иіемъ однихъ только новгородскихъ событій, вовсе незаипмаясь тѣмъ, что происходить внѣ стѣнъ роднаго города, такъ точно и но- вогородскія бьшшы рисуютъ намъ типы и черты быта, исключительно свойственные Новгороду и его оригинально-сложившейся городской жизни. И между тѣмъ какъ въ Кі- евскихъ былинахъ, дѣйствующими лицами яв- ляются богатыри, стекающіеся вь Кіевъ чуть ли не совсѣхъ коицовъ извѣстиаго тогда свѣ- та-бѣлаго, между прочимт, и Новгородскіе го- сти-корабельщики — былины Новгородскія ни однимъ намекомъ не упоминаютъ о Кіевѣ, огра- ничиваясь только тѣмъ, что было близко, понятно и хорошо знакомо каждому Нов- городцу изъ обыденной действительности происходившей иередъ его пазами, и толь- ко изъ этой дѣйствителыюсти почериають свои идеалы. ]1отокъ уѵіихайло (4ванович-ъ. Во стодьноиъ городѣ во Кіевѣ У ласкова князя Владимірл Было пированьѳ, почетной пиръ На три братца названые, Свято-рускіе могучіе богатыря; А на перваго братца названаго, Свято-рускаго могучего богатыря, На Потока Михаилу Ивановича; На другаго братца названаго, На молода Добрыню Никитича; На третьяго братца названаго, Что на молода Алешу Поповича. Что взговоритъ тутъ Віадииіръ киязь: «Аитыгой еси, Потокъ Михаиле ИвановігпЛ «Сослужи мнѣ службу заочную: « Съѣзди ты ко морю синему, «На теплыя-тихи заводи, <Настрѣляй ынѣ гусей, бѣлыхъ лебедей, «Перелетныхъ малыхъ уточекъ «Къ моему столу княженецкому; «Дб-люби я молодца пожалую». Не пьетъ онъ, мвлодецъ, ни пива, пи вина. Богу помолясь, самъ и вонъ пошелъ. А скоро, де, садился на добра коня. И только его увидѣли, Какъ молодецъ за ворота выѣхалъ; Въ чистомъ полѣ лишь дьшъ столбомъ. Опъ будетъ у моря сиияго. Но его по щаски великія Привалила птица къ круіу берегу: Настрѣлялъ опъ гусей, бѣлыхъ лебедей И перелетныхъ малыхъ уточекъ. Хочетъ ѣхать отъ моря синяго, Посмотрѣть на тихія заводи, — И увидѣлъ бѣлую лебедушку: Она черезъ перо была вся золота, А головушка у ней Увивана красньшъ золотомъ 73