b000000635

в и я іи і<: ИСІОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ТАТАРЩИНЫ. СЕипетромъ возникавшей и поглощавшей удѣ- лы Москііьг , а вмѣстѣ съ тѣмъ суровый кди- ыатъ сѣверо-востока, должны были тягостно тюдѣйствовать на творческую силу фантазіи Русскаго человѣка, и мало способствовать раз- витію въ немъ стремлешя къ книжному уче- нію и къ чтенію книгъ. Не до шкоіъ и не до кннгъ было ему, когда всѣ лучшія силы его по- глощались инстинкхомъ самосохраненія! Да къ тому же, въ общеиъ ногромѣ городовъ и областей, тяжкій ударъ наиесенъ былъ наше- му образованно и со стороны его матерьяль- ныхъ средствъ: - безвозвратно погибли десят- ки библіотекъ, хранившихся въ стѣнахъ цер- квей и монастырей, и лишь въ немногихъ ыѣ- стахъ, и иритомъ наимеиѣе богатыхъ книгами, уцѣлѣли остатки нашихъ начаіьныхъ книго- храпилищъ. Слѣдова^ельно, книга, и до татар- щины бывшая у насъ дорогою, сдѣлалась, во время ея, почти сокровищемъ и насъ одно- временно постигли двѣ бѣды: — у пасъ отняты были и всѣ услоііія, при которыхъ образованіе и книжное ученіе могутъ развиваться успѣш- но, и въ то же время уничтожены тѣ книжные запасы, которые накоплены были къ разныхъ мѣстахъ Руси трудами, любовью и усиліями цѣлыхъ поколѣиій. Нельзя упустить пзъ виду и того, что когда во время ипослѣ татарщины политическое тя- готѣпіе стало собирать Русскую землю около Москвы,направленіеи характеръ древне-рус- ской жизни значительно измѣннлись. Она пе- рестала течь прежнею широкою и привольною волной, и видимо стала устанавливаться въ опредѣлѳнныхъ берегахъ. И это переходное состояніе, переживаемое обществомъ, не мог- ло не проявиться рѣзкими чертами. Лучшимъ сиіаыъ общества надолго суждено было затра- чиваться въ борьбѣ за безопасность и неза- висимость личную, сначала отбивая отъ алч- ныхъ татаръ, потомъ противоборствуя власто- любивой Москвѣ, опиравшейся на татарскую власть и силу. Нравы грубѣли; суровый и мрач- ный оттѣнокъ замѣтно ложился на всѣ произ- веденія духа, а постоянная «привычка руко- водствоваться жнстияктомъ самосохраненія вела къ господству всякаго рода матерьяль- ныхъ побуждепій надъ нравственными». ') Об- щество русское переживало тотъ тяжкій пері- одъ бѣдствій; когда по словамъ историка, «иму- щества гражданъпрятались въ церквахъ,какъ мѣстахъ иаиболѣе, хоть и не всегда, безопас- ныхъ; а сокровища нравственныя имѣли нуж- ду также въ безопасныхъ убѣжищахъ — въ пустыияхъ, въ монастыряхъ».... При такихъ условіяхъ, конечно, всякіе за- чатки свѣтской литературы должны были ис- чезнуть и на долго исчезнуть, и не только за- нятіямъ литературнымъ, ио даже и самой гра- мотности оказалось возможно продолжать свое существоваиіе только внутри монастырской ограды, только въ средѣ монашества и нодъ защитою Церкви. И дѣпствительпо, если Церковь Русская и до татарщины была однпмъ нзъ главныхъ про- водннковъ визаптійской образованности въ древне-русскомъ обществѣ, то во врзмя та- тарщины ей уже положительно выпало па до- лю важное значеніе единственной хранитель- ницы тѣхъ зачатковъ просвѣщепія, какіе успѣ- ли проявиться на нашей общественной почвѣ до XIII вѣка. Такое положепіе должна была занять Церковь Русская подъ татарскимъ вла- дычествомъ отчасти уже потому, что ей одной удалось сильно подѣйствовать наумы дикихъ кочевпиковъ,нахлынуБшпхъ отовсюду наРусь. Ихъ не могла привлечь и поразить картина осѣдлаго, гражданственнаго быта, который за- стали они па Руси; успѣхи ихъ оружія и быс- трое завоеваніе большей части русскихъ вла- дѣній не способны были далее внушать имъ и уваженія къ нобѣждениымъ.Но суевѣрное во- ображеніе полудикой орды было сильно пора- жено картиною релнгіознаго быта древней Ру- си: множество біаголѣпно украшенныхъ хра- мовъп богатыхъ монастырей, блескъ ж строй- ность внѣшией обрядовой стороны богослуже- нія, опредѣленность п однообразіе религіоз- пыхъ убѣжденій массы — все это должно было неотразимо дѣйствовать на воображеніе ко- чевника, стоявшаго въ религіозпомъ развитіи своемъ па степени жалкаго фетишизма боль- шей части младенчествующихъ народовъ. По всему видно, что не оружія побѣікденныхъ ими Русскихъ, не ихъ иравственнаго и ум- ственнаго превосходства боятся могущест- венные ханы, а только союза ихъ съ тѣмъ не- извѣстиымъ Монголу христіянскимъ Богомъ, котораго онъ не сиособеиъ былъ постигнуть разумомъ, и тѣмъ болѣе склоненъ былъ боять- ся. Грозной являлась имъ рать воиновъ хри- стовыхъ, облеченная во власяницы и рясы,вмѣ- ') Соловьевъ, Исторіа Россіп съ древиѣіішихъ временъ. 61