b000000635

сл. о полку ИСТОРІЯ ГУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ игоревв. рлово о полку ^горев-Ь. Не начать лп нашу пѣснь, о братья, Со сказанін о стяринныхъ браняхъ, — Иѣснь о храброй Игоревой рати И о немъ, о еынѣ Святославлѣ, И воепѣть ихъ, какъ поется нынѣ, Не гоняясь мыслью за Вояномъ! Пѣснь слагая, онъ, бывало, Вѣщій, Быстрой векшей по дѣсу носился Сѣрымъ полкомъ въ чистомъ полѣ рыскалъ. Что орелъ ширялъ нодъ облаками! Какъ воспомпитъ брани стародавни, Да на стаю лебедей и пустить Десять быстрыхъ соколовъ въ догонку; И какую первую настпгнетъ, Для него и пѣсню пой та лебедь, — Нѣсню пой о староиъ Ярославѣ-ль, О Мстиславѣ-ль, что, въ бою зарѣзалъ, Ноборовъ, Касожскаго Редедю, Аль о славномъ о Романѣ Красной Но не десять соколовъ то было; Десять онъ перстовъ пускалъ на струны, И князьямъ, нодъ вѣщими перстами. Рокотали славу сами струны!... Поведемъ же, братія, сказанье Отъ временъ Владиміровыхъ древнихъ, Доведемъ до Игоревой брани, Какъ онъ думу крѣпкую задумалъ, Иаострилъ отвагой храброй сердце, Распалился славньгаъ ратнымъ духомъ И за землю Русскую дружины Въ степь повелъ на хановъ иоловецкихъ. 0 У Донца былъ Игорь, только видитъ — Словно тьмой полки его прикрыты, И воззрѣлъ на свѣтлое онъ Солнце — ■*'' Видитъ: Солнце — что двурогій мѣсяцъ, А въ рогахъ былъ словно угль горящій; * Въ темномъ небѣ звѣзды нросіяли; " У людей въ глазахъ позеленѣло. "' 1 «Не добра ждать» — говорить въ дружинѣ. * Старики поникли головами: * «Быть убитыиъ намъ или плѣненымъ». Князь же Игорь; «Братья и дружина, «Лучше быть убиту, чѣмъ плѣнену! «Но кому пророчится погибель — * «Кто узнаетъ — намъ или поганымъ? «А посядемъ на коней на борзыхъ. «Да хоть позримъ сиияго-то Дону!> Не послушалъ знаменья онъ Солнца, Распалась взглянуть на Донъ великій! «Преломить копье свое», онъ кликнулъ, «Вмѣстѣ съ вами. Русичи, хочу я, «На концѣ невѣдомаго поля! «Хоть за то-бъ и голову сложити, «А испить шеломомъ Дону — любо!» О Боянъ, о вѣщій пѣснотворецъ, Соловей временъ давно минувшихъ! Ахъ, тебѣ-бъ нѣвцомъ быть этой рати! Лишь скача по мысленному древу. Возносясь умомъ нодъ сизы тучи, Съ древней славой новую свивая, Въ путь Трояновъ мчась чрезъ долъ на горы '), Воспѣвать бы Игореву славу! То не буря соколовъ помчала, И не стаи галчьи побѣиали Чрезъ поля-луга на Донъ великій Ахъ, тебѣ-бы иѣть, о внукъ Велесовъ! За Сулой-рѣкою да ряіутъ кони, Звопъ звенитъ во Кісвѣ во стольномъ, Въ Новѣградѣ затрубили трубы; Вѣютъ стяги 2 ) красные въ Нутивлѣ Иоджидаетъ Игорь мила брата; А пришелъ и Всеволодъ, и молвптъ: «Игорь братъ, единъ ты свѣтъ мой свѣтлый! «Святославли мы сыны, два брата! «Ты сѣдлай коней своихъ ретивыхъ, «А мои осѣдланы ужь въ Курскѣ! «И мои Куряне ль не смышлены! «Новиты подъ бранною трубою, «Новзросли подъ шлемомъ и кольчугой, «Со конца копья они вскормлены! «Всѣ пути нлъ свѣдомы, овраги! «Луки туги, тулы отворены, «Остры сабли крѣпко отточены, «Сами скачутъ, словно волки въ полѣ, «Алчутъ чести, а для князя славы!...» И вступилъ князь Игорь во златъ стремень, И дружины двинулись за княземъ. Солнце путь ихъ тьмою заступало: Ночь пришла — та взвыла, застонала, Стономъ-воемъ нтицъ поразбудила. Вкругъ стоянки свистъ пошелъ звѣриный. Высоко поднявшися по древу. ') Троянъ — духъ тьмы; воплощеніс ночнаго мрака и тумановъ. 2 ") Стягъ — знамя. 63