b000000635

ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. ЛИТЕРАТУРЫ. XI. Н. в. ГОГОЛЬ. —БЮГРАФНЧЕСКѴЗ ПОДРОБНОСТИ. РОМАНТИЧЕСКОЕ ФАНТАЗЕРСТВО И ВЫСО- КОЕ МН -ЬНІЕ ГОГОЛ Я О СЕВ-Ь САМОМ-Ь. ПЕРЕХОД-Ь КЪ ПРОСТОМУ НАВЛЮДЕНІЮ и спокой- ному ИЗОВРАЖЕНІЮ ЖИЗНИ. НЕУДАЧНЫ Я ПОПЫТКИ В-ЪОВЛАСТН НАУКИ. СОЗНАТЕЛЬ- НЫЙ ПЕРІОДЪ ТВОРЧЕСТВА. ВЛІЯНІЕ ДУШЕВНОЙ БОЛ-ЬЗНИ НА Д-ЬЯТЕЛЬНОСТЬ ЛИТЕРА- ТУРНУЮ. ЖАЛКОЕ ПОЛОЖЕНІЕ ГОГОЛЯ ВТэ ПОСЛТзДНІЕ ГОДЫ ЖИЗНИ. Мы уже неоднократно имѣли случай заыѣ- чать, что романтизыъ главными своими ирин- цпнамп лостановилъ свободу творчества и народность поэзіи. Эти два принципа только и остались отъ романтизма, переживя его и до нашего времени сохранивши свое значеніе. Что же касается до романтизма, какъ осо- бенной шкоды поэзіи, то онъ далеко не ис- черпывается этими принципами. Онъ являет- ся продуктомъ своего времени и ироцвѣта- ніе его необходимо должно было закончить- ся съ его вѣкомъ. Вѣкъ романтизма былъ вѣкомъ отвлеченной философіи, восторжен- наго идеализма и въ толю время — горькаго разочарованія при видѣ полнѣГшаго разно- гласія между дѣйствительностью и высоки- ми идеалами, завѣщанными XVIII вѣкомъ, ири сознаніи безсилія своего въ борьбѣ съ этою дѣйствительностью. Поэтому, чувство разочарованія, унынія, тоски и недоволь- ства окружаюпщмъ отражается во всѣхъ произведеніяхъ романтической школы. Въ тоже время романтизмъ, ироиовѣдуя сво- боду творчества, ограничивалъ эту свобо- ду, избирая предметами поэтическихъ про- изведенііі преимущественно экстраординар- ныя стороны жизни, величественные момен- ты ея; героями его постоянно были избран- ныя сильныя натуры, глубоко скорбѣвшіяо судьбахъ всего человѣчества, способныя къ титанической борьбѣ противъ цѣлаго міра. Эта наклонность романтнческттхъ поэтовъ созерцать жизнь преимущественно въ ея исключительные моменты произошла отъ двухъ прпчинъ; съ одной стороны подъ обая- ніемъ впечатлѣнія грандіозныхъ событій со- временной исторической эпохи; съ другой — какъ завѣщанная ложнымъ классицизмомъ привычка считать достойными иоэтическаго пѣснопѣнія только однихъ героевъ, выдаю- щихся изъ толпы, представлять изъ жизни этихъ героевъ одни торжественные моменты. Всѣ эти элементы романтизма не замедлили отразиться и на самыхъ формахъ поэтиче- скихъ произведеній этой школы. Постоян- 614 но переходя отъ восторжениаго идеализма къ ѣдкому разочарованно, отъ грандіозныхъ событій жизни къ грандіознымъ красотамъ природы, романтизмъ былъ проникнуть ли- рическими порывами и, весьма естественно болѣе симпатизировалъ стихотворнымъ фор- мамъ, какъ преимущественно свойственнымъ лиризму. Вѣкъ романтизма былъ вѣкомъ стихоманіи повсюду, гдѣ только процвѣталъ романтизмъ. Ни одна эпоха не создала столь- ко геніальныхъ ноэтовъ стнхотворцевъ, какъ эпоха романтизма. Достаточно для подтверж- денія этого припомнить только имена Шил- лера, Гёте, Байрона, Гейне, Мицкевича, Пуш- кина и проч. У насъ въ 20-е годы, въ вѣкъ ноднаго торжества романтизма, литература была загромозжена лирическими поэмами, драмами, романсами, балладами, элегіями и проч. Молодежь заучивала наизусть произ- веденія любимыхъ писателей, особенно Пуш- кина, и въ иодражаніи имъ изливала своп чувствованія въ безконечныхъ поэмахъ, яв- лявшихся нерѣдко въ печати подъ различ- ными ужасающими заглавіями, въ родѣ «Сынъ тайны», «Кровавая месть» и т. п. Но мало по малу событія, ознаменопав- шія наступленіе XIX столѣтія начали ухо- дить въ глубь прошедшаго, а вмѣстѣ съ тѣмъ и обаяніе, производимое ими, ста- ло исчезать. Наступили времена болѣе мир- ныя и тихія. Подъ вліянімъ всеобщей ре- акцін люди сосредоточились въ себя. Мрач- ное разочарованіе Байрона смѣнилось том- ною скукою ири видѣ безконечно тянущей- ся день за днемъ будничной канители. Идеа- лы, которыми нѣкогда восторгались, какъ новыми, перестали уже служить предметами восторга; одни изъ нихъ сдѣлались продук- тами спокойнаго сознанія, а другіе успѣли уже показаться и смѣшнымн. Люди устали презирать и ненавидѣть дѣйствительность за то, что она не покоряется любимымъ мечтамъ, и принялись холодно изучать ее. И вмѣстѣ съ тѣмъ, какъ въ философскомъ раз- витіи совершился иереходъ— отъ метафизи-