b000000635

ргсскій ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. байронизиъ. ныя лохожденія. Біографъ Лермонтова со- вершенно ' основательно замѣчаетъ, что п дѣйствнтельно, «Лермонтовъ писалъ Героя съ любовью», и что въ «чертахъ его харак- тера, съ любовью опнсанныхъ авторомъ, сіѣдуетъ впдѣть именно тѣ признаки извра- щенія, которыя дала таланту эпоха». Но нельзя однакоже не замѣтить, что эти «признаки извращепія», отчасти, принадлежали и просто той формѣ, какую байрояизмъ должеиъ былъ принимать на русской иочвѣ. Герои Байрона представляли собою отрицаніе цѣлаго многовѣковаго иро- шлаго, иережитаго старой Европой, со всѣ- ми его преданіямп, предразсудками и пра- вами; по въ прпмѣненіи къ русскимъ ге- роямъ, къ «Москвичамъ въ Гарольдовскомъ плащѣ», байрояизмъ конечно должеиъ былъ сильно мельчать и нерѣдко ограничивался одною простою внѣпшею рисовкою, однимъ ліеланіенъ драпироваться въ тѣ свойства и воззрѣиія байроновскихъ героевъ, кото- рыя въ нпхъ были естественнымъ слѣдстві- емъ перелома, произведеннаго въ Европей- ской исторической жизни событиями конца прошлаго вѣка, а у иасъ только примѣня- лись къ совершенно ииьтмъ, хотя и очень тягостпымъ условіямъ нашей общественной жизни 30-хъ годовъ. Тамъ байронизмъ являл- ся громкимъ протестомъ личности противъ стѣснявшпхъ ее условій европейской исторп- ческой жизни, наслѣдовапныхъ обществомъ,— у насъ онъ иредставлялъ собою не болѣе, какъ энергическій протеста противъ иеболь- шаго избраппаго меньшинства, протпвъ тя- гости времеиныхъ условій нашей обществен- ной жизни, протпвъ апатіи или же не- развитости всей массы общества. Само со- бою разумѣется, что, видопзмѣняясь такимъ образомъ на русской почвѣ, байронизмъ въ произведепіяхъ нашихъ поэтовъ долженъ былъ или проявляться въ видѣ совершенно безцвѣтпыхъ, чуждыхъ характеровъ (таковъ папр. Демонъ Лермонтова), либо въ видѣ иѣ- сколько-каррикатуриыхъ личностей, иред- ставляющихъ въ характерѣ своемъ смѣсь нашихъ Еап ;іональиыхъ особенностей, смѣсь чертъ, исключительно прпнадлежащихъ па- шей почвѣ, съ другими чертами, заимство- ванными отъ байроновскихъ героевъ. Та- 'З С. Дудыштнъ, въ Жатер. для біогр. Лерм, литературу иревосходнымъ переводомъ Лермонтова. 606 кимъ-то именно героемъ является Печоринъ, котораго біографъ Лермонтова опредѣляетъ довольно вѣрно простымъ указаніемъ на слѣдующія замѣчаемыя въ немъ протнво- рѣчія: «Русскій офицеръ сороковыхъ годовъ, раз- рушитель женскихъ сердецъ, готовый гор- диться этимъ передъ дѣлымъ свѣтомъ; офи- церъ-дэнди— чуть-чуть не англійскій лордъ, который обращаетъ особенное вниманіе ва породистость; страстный, но еще болѣе чув- ственый, убійца Бэлы, Бѣры, княжны Мэри; поклонннкъ дикихъ страстей «народа дика- го», черкесовъ; герой, ненавпдящій фальши- вый лоскъ и необратившій вннманія на все то, что просто и естественно, и потому неви- дѣвшій народа за блескомъ мундировъ»... Все это лрпзиаемъ мы теперь каррпкатур- нымъ, и печорииство представляется намъ давно отжившимъ свой вѣкъ; но все это было дѣйствительною, ие вымышленною при- надлежностью русской общественной жизни и русскаго общественнаго типа лѣтъ сорокъ тому пазадъ, особенно въ средѣ лучшпхъ лю- дей нашего высшаго круга, которые способ- ны были болѣе другихъ чувствовать всю ложь окружавшей ихъ жизии, и въ тоже самое время не чувствовали въ себѣ силъ просто и естественно отстраниться отъ этой лжи, перейти на другую дорогу. Къ числу такихъ то людей принадлежалъ и Лермон- товъ, такой же «невольинкъ чести», какъ и Пушкинъ; такимъ является намъ Лермон- товъ и въ той прекрасной характеристикѣ, которую оставшъ намъ нѣмецкій поэтъ Бо- денштедтъ 2 ), позпакомившійся съ Лермон- товымъ въ Москвѣ, подъ конецъ его жизни (1840 — 41 г.): «Недостатки Лермонтова были иадостат- ками всего свѣтскаго молодаго поколѣнія въ Россіи», — замѣчаетъ Боденштедтъ; «но достоинствъ его не было ни у кого. Бѣрнѣй- шее изображепіе его личности все такп останется намъ въ его произведеніяхъ, гдѣ онъ высказывается вполнѣ такимъ, ткимъ Ъьиъ, тогда какъ въ жизни онъ былъ лишь тѣмъ, чѣмъ хотѣлъ казаться* . Не надо пони- мать это въ дурномъ смыслѣ: если Лермон- товъ и иадѣвалъ маску, то надѣвалъ не съ злымъ намѣреніемъ... Характеръ его былъ са- :. стр. ХЬѴІІ. 2 ) Боденштедтъ подарилъ нѣиецкую