b000000635

ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. Державин л. Въ теченіе всей своей жизни занимаясь литературой, Державннъ успѣлъ написать чрезвычайно много и подъ конецъ своей жизни склонялся даже преимущественно не- редъ всѣми другими къ драматическому ро- ду. Несмотря на это, однакоже, Державинъ иредставляетъ намъ собою и по характеру своему, и по общему направленно таланта, чистѣйпіій тппъ лирика. Но лирики были у нась и до Державина; п около Державина видимъ мы Петрова, Кострова, Капниста, которые одинаково съ Державинымъ начи- нали свою поэтическую дѣятельность съ по- дражанія лирпкѣ Ломоносова— этого «рос- сійскаго Ппндара», какъ называли его со- временники. Какое же мѣсто мо;кетъ зани- мать Державинъ въ псторіп развнтія нашей лирики? какое значеніе имѣлъ онъ въ нашей лптераіурѣ прошлаго столѣтія? Наконецъ, въ какой стененп достоинъ Державинъ той славы, которая неотъемлемо соединена съ его именемъ? Прежде всего намъ придется отвѣтить на этотъ нослѣдній и иритомъ далеко немало- важный вопросъ. Относясь къ этому вопро- су серьезно, не съ точки зрѣнія современ- пыхъ нашихъ понятій о поэзіп вообще и въ особенности о ея лирическомъ родѣ, а съ единственно-возможной точки зрѣнія исто- рической, мы должны конечно сказать: Дер- жавинъ вполнѣ достоинъ своей славы уже потому, что онъ въ ряду наішіхъ поэтовъ, былъ первымт. поэтомъ но вдохновенію, но нризванію. Онъ оставшгь памъ весыга зна- чительную массу стнховъ вовсе незамѣча- тельныхъ, иодобныхъ тѣмъ, которые ]!0 его собственному выражение, писались и цѣховы- ми стихотворцами его времени, въ которыхъ мы видимъ одни слова и очень мало мысли и чувства-, но и въ каждомъ, даже самомъ ило- хомъ изъ его стихотвореній, видна рука ма- стера, чувствуется талантъ, встрѣчаются мѣ- ста замѣчательныя по своимъ поэтическимъ образамъ, по звучности стиха, по красотѣ и силѣ выраженія. И въ этомъ отношеніи, особенно если станемъ сравнивать Держа- вина съ Ломоносовымъ и со всѣми нашими I лириками второй половины ХѴНІ вѣка, мы | должны будемъ конечно признать, что Дер- жавинъ сюита цѣлою головою выше ихъ • всѣхъ и что ни одинъ изъ наишхъ поэтовъ, ! до Пушкина, пе могъ съ нимъ равняться, нн по силѣ таланта, ни но той неиосред- 334 ственности и самобытностп вдохновенія, ко- торыя несомнѣнно принадлежали къ числу наиболѣе замѣчательныхъ сторонъ поэзіи Державина. Вдохновеніе Державина нахо- дило себѣ весьма обильную пищу въ той громкой и богатой лицами, характерами и событіями эпохѣ Екатеринпнскаго царство- ванья, среди которой ему пришлось жить и дѣйствовать. И поэзія Державина, по преи- муществу, явилась поэзіей образовъ и собы- тій, поэзіей торжественно и громко просла- вляющей иобѣды и подвиги, описывающей пиры, празднества и шумную свѣтскую жизнь — нескончаемымъ хвалебнымъ гпмномъ Екатеринпнскаго вѣка. Дерясавина съ пол- ною справедливостью многіе изъ совре- менников'!, его называли бардомъ: въ поэзіи его постоянно проявляется одно пзъ глав- пѣншпхъ свойствъ бардической поэзіи — все внимапіе поэта сосредоточено на одной только внѣшней сторонѣ предметовъ, лпцъ и событій, къ ошгсанію и прославленію ко- торыхъ также чисто-внѣшнимъ образомъ прилажены кое-какія общія, безцвѣтныя размышленія о суетности всего земпаго, о нпчтожествѣ человѣка, о благости Создате- ля и т. п., а иногда и мораль, въ видѣ об- щихъ фразъ о добродѣтели, истннѣ, спра- ведливости, гражданской доблести и т. д. Вообще впутреннимъ содержаніемъ, идеями, поэзія Державина небогата, и въ этомъ, съ одной стороны , отразилось еще младен- ческое состояніе нашей литературы, кото- рая во многнхъ отношеніяхъ довольствова- лось тогда выработкою поэтической внѣшно- сти ироизведеній и не слпщкомъ много за- ботилась о ихъ содёржанш; съ другой сто- роны, внутреннпмъ содержаніемъ произве- денія Державина п не могли быть богаты, потому что онъ самъ вовсе не былъ поэ- томъ мыслителемъ, способнымъ сосредото- читься, углубиться въ точное и подробное изслѣдованіе того или другаго отвлеченнаго. фнлософскаго вопроса. Слабый характеромъ, плохо восиитаниый и при этомъ рано вку- сившій жизни, Державинъ не успѣлъ выра- ботать въ себѣ нпкакпхь твердыхъ, иоложи- тельиыхъ убѣжденій; чеѣтный, прямой и го- рячій і!о природѣ своей, онъ однакоже не на столько былъ развита, чтобы съумѣть всегда и во всемъ провести тонкое различіе между добромъ н зломъ, между правдою и неправдою. Способный вообще поддаваться