b000000635

ПОСТУ ПЛЕНІЕ ИСТОРШ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. НА СЛУЖБУ. ченпому Сумароковымъ при выпускѣ лзъ корпуса, также не оказывается никакой воз- можности получить опредѣленноо понятіе объ уровнѣ свѣдѣніі, вынесенныхъ имъ изъ этого заведенія, хотя въ немъ и значится подробно, что Александр!, Петровичъ «въ гео- метріи обучилъ тригонометрію, експликуетъ и переводить съ пѣмецкаго на французскій языкъ; въ исторіи универсальной окончплъ Россію и Польшу; въ географіи атласъ Гиб- перовъ обучилъ: сочнияеть нѣмецкія письма п ораціи, мораль Вольфскую до III главы второй части (прошелъ); пмѣетъ начало въ итальяпскомъ языкѣ» и т. д. Одиакоже нель- зя отрицать того, что первое побужденіе къ занятіямъ литературнымъ появилось у Сумарокова вслѣдствіе вліяпія корпусной обстановки. Повидимому, тамъ существова- ли какія-то условія, благонріятныя, для раз- витая литературныхъ способностей, поощря- лись и самыя занятія словесностью, къ ко- торымъ охота поддерживалась между каде- тами до такой степени, что въ послѣдствіп они даже образовали въ средѣ своей иѣчто въ родѣ неболыпаго литературнаго кружка, стали даже издавать журиалъ, завели и свою домашнюю сцену, которая привлекла къ се- бѣ всеобщее вниманіе. Въ 1759 — 1760 г. г. видимъ при корпусѣ далее особую тпиогра- фію. И хотя все это уже явилось гораздо позже выхода Сумарокова изъ корпуса, од- иакоже первые зачатки такого иристрастія къ словесности и театру вѣроятно уже про- явились въ первыя времена существованія корпуса, потому что уже начиная съ1735г. вводится, напрпмѣръ, въ Сухопутномъ Шля- хетиомъ Корпусѣ любопытный обычай еже- годнаго поднесенія пмператрпцѣ стихотвор- ыыхъ поздравленій съ наступающимъ ново- лѣтіемъ. Въ этихъ стихотворныхъ, силлаби- ческими виршами нанисанныхъ, ноздравле- ніяхъ, «юность рыцарской академіп» выра- жаетъ свои чувства основательницѣ корпу- са и нерѣдко украшаетъ свои аляповатыя, безобразныя произведенія анаграммами и другими виѣшиими украшеніяии, бывшими въ модѣ въ то время. Намъ сохранился, на- нримѣръ, отъ того иеріода, слѣдующій лю- бопытный отрывокъ этой кадетской поэзіи: АННА буди здравА отъ Бога намъ дАНН А Новый годъ ти ыиреН дай Богъ и угодеН На иобѣды сплеН, земли влодородеН АННА ты намъ славА будь Вогомъ сохрАННА. Къ общему проздравленію «всей юности ры- царской академіи», въ 1737 г. ирисоединплъ и свое частное поздравлеиіе какой-то кадетъ Мп- хаилъ Собакинъ «въ знакъ вѣрной ревности своей»; а въ 1740 поднесены были Императ- рицѣ «поздравительиыя оды отъ кадетскаго корпуса», сочиненныя чрезъ Александра Су- марокова. Въ этихъ первыхъ печатныхъ стнхо- твореніяхъ своихъ, Сумароковъ еще прпдер- живается литературныхъ иріемовъ старой школы и не имѣетъ ионятія о новой формѣ русскаго стихосложеиія, которая около этого времени выработывалась Тредьяковскпмъ и Ломопосонымъ. Принимая въ соображеиіе эти первыя юношескіе стихотворные опы- ты Сумарокова, и въ особеипостн ихъ виѣш- нюю форму, мы можемъ сильно не довѣрять тому, что онъ самъ говорить о самостоятель- ности зарождеаія и развитая въ немъ лите- ратурнаго таланта: «Русстмъ языкомъ и чи- стотою склада и стиховъ, и прозы не дол- женъ я никому, кромѣ себя, да долікеиъ я за первыя основанія въ русскомъ языкѣ отцу моему, а онъ тѣмъ йейкепу, который выни- санъ былъ отъ Государя Императора Петра Великаго въ учители къ господамъ Нарыш- кинымъ, и который послѣ былъ учителемъ Государя Императора Петра Втораго». Для иасъ не можетъ подлежать сомнѣнію съ од- ной стороны то, что первыя побужденія и ноощренія къ занятію литературной дѣятель- ностью Сумароковъ иолучилъ именно въ кор- иусѣ; а съ другой стороны, что, по выходѣ изъ корпуса, во время своего перваго зна- комства съ Ломоносовым'!., Сумароковъ не- сомнѣнно подчинился его вліяпію и нодъ его руководством'!, усовершенствовался и въ язы- кѣ, и въ слогѣ, і! въ стихотворствѣ; по его собственпому признаиію, онъ «тогда тонкость стопосложенія не зналъ.» Въ 1740 году, Сумароковъ, 22-х'ь лѣгь отъ* роду, выпущенъ былъ изъ корпуса и !іосту- пилъ въ военную службу. Намъ точно также мало извѣстны первые шаги Александра Пет- ровича на слуагебномъ иоприщѣ, какъ и пер- вые годы его дѣтства и юности. Достовѣрно только то, что, но своему нроисхожденію и образованію, онъ нашелъ себѣ доступъ въ высшее обпі;ество, въ которомъ особеннымъ успѣхомъ пользовались «нѣжныя пѣсенки» его сочиненія, а впослѣдствін, вѣроятно на осиованіи этихъ же связей съ высшимъ совремеииымъ обществомъ, Сумарокову уда- 301