b000000635

ПОЛЬСКОЕ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. ВДІЯН1Е. Но польское Б .ііяніе литературное не огра- ничилось только ігересажденіемъ на нашу поч- ву средневѣковыхъ рыцарскихъ романовъ за- падной Европы: — тѣмъ же путёмъ занесены были къ намъ и многочисленные сборники легкихъ, шутливыхъ разсказцевъ и анекдо- тов®, которые изъ Фравціи и Италіи распро- странялись въ XIV вѣкѣ по всей средней Евронѣ, нодъ именемъ новеллъ и фацеціа. Къ намъ этн сборники проникли черезъ Польшу, въ началѣ XVII вѣка, нодъ названіеыъ при- кладовъ, жартъ (т. е. шутливыхъ разсказовъ), смѣхотворныхъ потстей и т. д. , ). Обширные сборники этого рода произведеній, по мѣрѣ пробужденія у насъ потребности въ легкомъ чтеніи, получали все большее и большее рас- пространеніе, не смотря на все ничтожество своего содержанія, не смотря и на чрезвы- чайную грубость своего пзложенія, переиол- нениаго множествомъ полонизме въ и прома- ховъ противъ русскаго языка. Сборники эти очевидно переходили на Сѣверо-Востокъ Ру- си съ кіевскаго Юго-Занада, гдѣ, благодаря сліянію двухъ народностей и безпрерывной борьбѣ и сношеніямъ Русист. Польшей, по ль- скій языкъ былъ не только въ совершенствѣ пзвѣстенъ всѣмъ Русскимъ, но даже и оказы- валъ на нихъ весьма дурное вліяніе, но отно- піенію къ порчѣ ихъ собственнаго языка и слога. Впрочемъ, сборники жартъ и смѣхо- тѳорныхъ новѣстей не только переводились и, не всегда цѣликомъ переносились къ намъ на Русь: — нроизведенія, помѣщаемыя въ нихъ, иногда пополнялись л русскими сюжетами или передѣлывались въ нрпмѣнеши къ рус- скимъ нравамъ и быту; такъ напр. въ подоб- ныхъ сборникахъ, къ числу различиыхъ анек- дотовъ о женщпнахъ, присоединялись нерѣд- ко и «слова о злыхъ женахъ» и «бесѣды отца съ сыномъ о женской злобѣ», въ которыхъ выражались тѣ же безобразныя воззрѣнія на отношенія мужчины къ женщпнѣ, съ какими мыужевстрѣчались нриразборѣ памятниковъ нашей древней иисьменности. Такпмъ же обра- зомъ, въ число аиекдотовъ и новеллъ заноси- лись и народные разсказы о царѣ Иванѣ Ва- сильевичѣ Грозномъ,и весьма расиространен- иые между нашими грамотнпкамп XVII вѣка пересказы о спорѣ «жидовскаго философа Та- раски съ хромымъ скоморохомъ», который своею смѣлостыо и находчивостью вынуж- даетъ наконецъ «Тараску» отказаться отъ состязанія о нревосходствѣ закона еврейска- го надъ христіанскимъ. Не разъ уже приходилось намъ поми- нать выше о томъ, что главною чертою нашей литературы третьяго періода (отъ временъ Грознаго до половины XVII в.) является именно зарожденіе самосозпаиія въ наиболѣе образованиыхъ, грамотныхъ слояхъ общества. Въ этомъ періодѣ впер- вые и начинаетъ высказываться положи- тельный и опредѣіенный взглядъ на дѣйстви- тельиость. Настунаетъ время разсужденія, на- бжюденія надъ тѣмъ, что окружаетъ человѣ- ка, и чѣмъ онъ живетъ; фантазія начинаетъ почерпать свои образы изъ живаго наблюденія надъ дѣйствительностыо; является наконецъ возможность повѣсти не переводной, не заим- ствованной, а представляющей собою вѣрный разсказъ о томъ. какъ и что совершается въ дѣйствительной, окружающей автора, русской средѣ. Первые опыты самосюятелышхъ про- изведеній въ иовѣствовательномъ родѣ появ- ляются у насъ въ ХѴН столѣтіи, и въ нихъ рѣзко обозначаютъ два нанравленія, обуслов- ливаемыя нетолько общечеловѣческою склон- ностью смотрѣть на всякое явленіе съ двухъ против упоЯкныхъ точекъ зрѣнія, но и тѣмъ двоякимъ настроеніемъ, тѣмъ двоякимъ спо- собомъ воззрѣнія па дѣйствительность, кото- рый долженъ былъ преобладать въ средѣ луч- шпхъ русскихъ людей ХѴН вѣка. И вотъ въ русской повѣствовательиой литер атурѣ этого времени, мы впервые вСтрѣ чаемся съ шутливою сатирою, осмѣивающею дѣй- ствительность и ея недостатки, или об- рисовывающею быть современнаго обще- ства въ форнѣ легкаго, игр'иво-набросаннаго очерка русскихъ нравовъ. Къ такого рода произведеніямъ нринадлежатъ всѣ тѣ, въ ко- торыхъ осмѣпвается жалкое состояніе совре- меннаго судопроизводства, корыстолюбіе и не- справедливость судей и страшная, часто не- окон чаемая продолжительность тяжебъ, раз- вивавшая н питавшая сутягъ и ябедниковъ всякаго рода. Сюда относится нанр. «повѣсть о судьѣ Шемякѣ» или такъ называемый «ІПе- мякинъ судъ», «иовѣсть о Ершѣ Ершовѣ, сынѣ Шетннниковѣ »,извѣстная въ другомъ ви- дѣ и нодъ другпмъ назваиіемъ: «Списокъ суд- наго дѣла о тяжбѣ Леща съ Ершомъ». По- ') Смѣхотѳорная повѣсть 196 — тоже, что фацецгя.