b000000635

МОСКОВСКАЯ АКЛДЕМІЯ. еще одно училище, при тииографіи, которое по тому самому и получаетъ назваиіе типо- графскаго (въ 1679). Вскорѣ послѣ того царь хочетъ даже возвысить его до значенія акаде- міи; но смерть царя и стрѣлецкіе бунты ире- иятствуютъ жспоінеиію этихъ пдановъ, хотя, по видимому, все уже было готово длянхънри- ведепія въ нсиолненіе — даже грамота объ учрежденіи академіи была уже написана Си- меономъ Полоцки^ь. Но дѣло немогло на дол- го оставаться иерѣшениымъ: потребность въ высшемъ учебноыъ заведеніи уже чувствова- лась многими, и потому, какъ только поутихли стрѣлецкіе смуты, такъ снова мысль объ учре- жденіи академіи всплыла наружу. Ученпкъ Симеона Полоцкаго, настоятель Запконоспас- скаго монастыря, Сильвестръ Медвѣдевъ, вмѣстѣ съ чудовскпмъ монахомъ Каріономъ Истоминымъ, въ стихотворномъ посланіи, об- ратились къ правительницѣ, царевнѣ Софьѣ и просили ее «о водвореніи наукъ въ Россіи» Вскорѣ послѣ того, когда, прибыли, въ 1685 году,въРоссію двое ученыхъгрековъ— братья Лихуды {Іоанникій и Софроній)— при москов- скомъ Заиконоспасскомъ монастырѣ, около Боскресенскйхъ воротъ, открыта была пер- вая въ Россіи духовная , славяно-греко-ла- тинская академія. Но все это совершалось медленно, среди тысячи препятствш, противуполагаемыхъ не- вѣжбствомъ и фаиатизмомъ, которые стара- лись всѣми силами запутать дѣло, задерліать быстрое введеніе въ Россію повой европей- ской науки, обвинить новыхъ учителей въ ере- си и неуваженіи къ православію. Такого ро- да обішиеніямъ; подвергался и Симеоиъ По- лоцкій, и сами братья Лихуды... Но псторія все же шла своимъ неуклоннымъ путемъ къ великой эпохѣ преобразованій. Иноземпаго страшились и избѣгали, отъ иновѣрцевъ ста- рались оберечь себя и оградить; а ииовѣрцы толпами шли въ Россію въ видѣ иаемныхъ офицеровъ, мастеровъ всякаго рода, заводчи- ковъ, лѣкарей. Они селятся и въ самыхъ стѣ- иахъ и подъ стѣнампБѣлокамеиной.Прптомъ же отъ миогостороиней до безконечнаго разнообразія развившейся цивилизаціп Запа- да и мудрено было защититься; она уже за- долго до конца ХѴН столѣтія «закинула свои сѣти на русскихъ людей, приманивая ихъ къ себѣ новыми для нихъ удовольствіямииудоб- ствами жизни. Часы, картина, покойная ка- рета, музыкальный инструментъ, сценическое нредставленіе— вотъ чѣмъ сначала, мало-по- маіу подготовлялись русскіе люди къпреобра- зованіямъ, какъ дѣти. Приманиваются игруш- ками къ ученію». «(И) въ то время какъ старые и новые учи- теля въ священиическихъ и монашескихъ ря- сахъ препираются о двуперстномъ и трех- перстномъ сложеиіи, когда русскіе раздѣли- лись въ ожесточенной борьбѣ, когда сдѣлка съ наукою, попытка ввести пауку чрезъ пра- вославиыхъ учителей, пе вредя православію, далеко не удалось какъ бы желалось, когда старые учителя провозгласили и православ- ныхъ грековъ, и православиыхъ малороссі- янъ и бѣлоруссовъ еретиками, латинцами, — въ это время являются новые учителя особаго рода, нежеланные ни старымъ учнтелямъ, ни новымъ върясахъ, — являются шювѣрцы нѣм- цы, являются вслѣдствіе того, что, прежде грамматики и реторики, нужно было выучить- ся сражаться, вслѣдствіе того, что явно было экономическое банкротство по неумѣныо про- изводить и продавать и по неимѣиію моря: являются вслѣдствіе того закона, некоторому внѣшнее предпіествуютъ внутреннему» 1 ). УЧЕНЫЙ ДНСПУТЪ въ хѵп в. Образцемъ учености московскихъ граыотѣ- евъ начала ХѴНвЬка, можетъ служить спорь по поводу катехизиса Лаврентія Зизанія. Лав- реитій Зизапій Тустаиовскій, протоиопъ Ео- рецкій, въ февралѣ 1627 года привезъ въ Мо- скву книгу свою — Оілашенге и билъ челомъ патріарху Филарету, чтобъ ее исправить. Па- тріархъ иачалъ исправленіе измѣпеніемъ за- главія книги: вмѣсто Оглашеніе онъ назвалъ ее Бесѣдословіе, да томъ основаніи, что подъ именемъ «оглашенія» уже пзвѣстна книга Ки- рилла Іерусалимскаго, а подъодпимъимепемъ многимъ кнпгамъ быть не можно; о другихъ статьяхъ, которыя найдены не сходными съ РусскимииГреческими переводами, патріархъ велѣлъ поговорить съ Зизаніемъ Богоявлеп- ') Содовіевъ; исторія, XIII, стр. 170 — 171 п217 — 218. 175