b000000635

ИШ і Ж I ' т ' * ■ |! 11 ' ѵ-..|те ' ' /' * 1 . »•: Ш 1 в ■ш. шВі 11 и |іІ|І ІіІІ ДУХОВНОЕ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. О РА ТОР СТВО. ніемъ духа-времени п мѣстныхъ условій, вы- разились ііреішущественно въ чрезвычайио- обпльиомъ развитіи одного лптературнаго ро- да передъ всѣмн другими, а именно духовиа- го ораторства. Ученикъ уже на школьной скамейкѣ пріучался владѣть орудіенъ слова, для охраненія и для защиты близкихъ ему религіозныхъ интересовъ въ ученомъ, схола- стическомъ диспутѣ; вътоже время развивали въ немъ также умѣнье говорить въ назиданіе и іюученіе вѣрующимъ, па основаніи Св.Пп- санія, истолковываемаго не только въ связи съ учеиіемъ Отцевъ Церкви, но и въ связи съ жизнью практической, ежедневной. Необ- ходимость и польза жпваго, проповѣднаго слова была до такой степени ощущаема всѣми въ эюіъ тягостный періодъ религіозной и нравственной борьбы, что при монастыряхъ и церквахъ оказалось даже необходимъшъ уста- новить особую должность проповѣднит, ко- торый исключительно носвящаетъ себя уст- ному истолкованію въ церкви Св. Писанія, обсужденію и сравненію различныхъ снор- ныхъ иунктовъ католической и христіанской догматики, а также н назиданію паствы. Во второй половннѣ XVII столѣтія званіе это дѣлается ночетнымъ титуломъ, предметомъ гордости и соисканія для талантливѣйпіихъ изъ числа молодежи, оканчивающей курсъ въ Еіенской коллегіи; и не мудрено:— города и монастыри съ одинаковымъ рвеніемъ, напе- рерывъ отбиваютъ другъ у друга тѣхъ про- повѣдипковъ, которые уже начинаютъ поль- зоваться нѣкоторою почетною пзвѣстностыо. Эта извѣстность, пріобрѣтенная на каѳедрѣ проііовѣдникомъ, бнолнѢ обезпечиваетъ и дальнѣйшій его жизненный путь:— мы видимъ, что большая часть лнцъ, достнгающихъ въ началѣ XVIII вѣка высшихъ ступеней духов- ной іерархіи, начинаетъ свое поприще имен- но съ этой почетной должности проповѣдника. Проповѣдь, развившаяся около этого вре- мени на русскомъ Юго-Западѣ, неимѣетъ по- чти ничего общаго съ тѣми произведеніями проповѣднаго искусства, какія мы видимъ па почвѣ нашей древне-русской духовной лите- ратуры до XVI вѣка. Только одннъ изъ на- шихъ писателей XII вѣка — Кнриллъ Туров- скій — по духу своихъ нроизведешй, нѣсколь- ко подходить къ той формѣ развитая, какую приняла юго-западная проповѣдь русская въ Х"Ѵ II столѣтіп въ средѣ кіевскихъ ученыхъ. Но къ тому богатому, часто и весьма поэтиче- 164 скому символизму, которымъ, какъ мы видѣ- ли, отличалась проповѣдь Кирилла Туровска- го, обильная образами и сравненіями, въХѴІІ вѣкѣ примѣшалось нѣсколыш иовыхъ эле- ментовъ. Къ числу этихъ элементовъ конечно слѣдуетъ отнести, во первыхъ, риторическую правильность и симметрію, съ какой пропо- вѣдникъ старался расположить всѣ части сво- его иронзведенія; во вторыхъ — стремленіе неограничиваться только кругомъ чисто- религіозныхъ иоложеніи и доказателъствъ, на основаніи котораго нроповѣдинкъ и позво- лялъ себѣ почерпать истолкованія истинъ ре- лигіозныхъ и догматическихъ изъ всѣхь от- раслей наукъ,изъ всѣхъ явленій природы, да- же изъ явленій и примѣровъ, иредставляе- мыхъ частяою жизнью, на сколько она от- ражалась въ нѣкоторыхъ нравоучнтельныхъ литературныхъ нроизведеніяхъ. Одннъ изъ наиболѣе искусныхъ совремеиныхъ орато- ровъ, Іоанникій Галятовскій, въ своемъ на- ставленіи проповѣдникамъ относительно того, откуда слѣдуетъ заимствовать матерьялъ для ироповѣди, говорить: «читай бнблію, житія святыхъ, творенія Отцевъ Церкви, исторію и хроники, книги о звѣряхъ, птицахъ, гадахъ, рыбахъ, древахъ, травахъ, каменьяхъ,водахъ. Вычитанное прилагай къ своей рѣчи; искус- ству приложенія научать проповѣдники ны- нѣшняго вѣка, которыхь слѣдуетъ изучать». Самъ онъ не пренебрегаетъ цитатами даже изь свѣтскихъ писателей и въ одну изъ своихъ проновѣдей, при разсужденіи о темной снлѣ волшебства, заносить даже изъ Тассова «Осво- божденнаго Іерусалима» разсказъ о волшеб- никѣИсменѣ. Другой современный проиовѣд- никь, Иннокентій Гизіель (архимандритъ кіе- во-иечерскій ок. 1684), также указывая духов- нымъ ораторамъ на свѣтскую литературу, какъ на матерьялъ для нроновѣдей, говорить между прочимъ: «не только въ иновѣрныхъ, но вь эллпнскихъ (т. е. языческихъ) ученіяхъ есть новѣсти, служащія разуму, нсташныя и здравыя.» Главнымъ недостаткомъ современной про- иовѣди является запутанность ея изложенія, вслѣдствіе того сильнаго схоластпческаго вліянія, которое, какъ мы видѣли, тяготѣло надъ всею наукой, и пріучало авторовъ въ каждомъ произведеніи придавать огромное значеніе внѣшней формѣ, часто даже въ ущербъ внутреннему содержанію. Стараясь какъ можно яснѣе изложить свою мысль, ав-