b000000635

I I. ГРОЗНЫЙ совѣіующихъ», п мысль эта проведена у него превосходно во всей его нсторіп. Большую часть жизни, послѣ бѣгства изъ Россіи, Курбскш ировелъ въ Миляновичахъ, і бѣдномъ мѣстечкѣ близь пожалованнаго ему I городка Ков.ія. Тутъ былъ и дворецъ его съ : придворного церковью, развалины котораго сохранились еще и до нашего времени. Суро- ! вый и одинокій «среди сосѣдей ненавистныхъ и лукавыхъ», онъ жилъ уединенно, предава- ясь исключительно нзученію латпнскяхъ клас- сиковъ и переводомъ сочиненій св. Отцевъ. Горячо сочувствуя пнтересамт. своихъ угнѣ- таемыхъ на Литвѣ единовѣрцевъ. онъ всѣми силами старался поддержать ихъ, переписы- вался со многими изъ православной, неокато- I личенной еще литовской знати, перевелъ на , пользу православія иѣкоторыя бесѣды Іоаниа Златоуста п наппсалъ правдивую исторію Флорентійскаго собора. Особенно хлопоталъ о переводахъ твореній св. Отцевъ на русскій языкъ, и, не иадѣясь на свое умѣнье, поощ- рялъ къэтой дѣятелыюстп другихъ. Эта энер- гическая дѣятеиьность его на пользу право- славія и иросвѣщенія всего яснѣе высказы- вается въ слѣдугощемъ мѣстѣ изъ иредисловія къ его переводу книги Іоаяна Дамаскииа, Небеса. Указывая и самъ на значеніе просвѣ- щенія вообще, Курбскш возстаетъ противъ тѣхъ изъ своихъ соотечествеиниковъ, которые не понимали его значенія. «Бога ради» — пи- шетъ онъ, — «не потакаемъ безумнымъ пли, лучше сказать, лукавымъ прелестнпкамъ, вы- дающпмъ себя за учителей. Я самъ отъ нпхъ слыхалъ, еще будучи въ Русской землѣ, подъ державою Московскаго царя: прелыцаютъ оиі[ юношей трудолгобивыхъ, желагощихъ на- выкнуть писапію, говорятъ пыъ: ие читайте кпигъ многихъ и указываю, тъ : вотъ этотъ отъ книгъ умъ потерялъ, а вотъ этотъ въ ересь впалъ. О, бѣда! отъ чего бѣсы бѣгаютъ и исче- заютъ,чѣнъ еретики обличаются, а иѣкоторые даже исправляются, это оружіе они отнимаютъ, и это врачевство смертоноснымъ ядомъ назы- ваютъ!.. Господи, Христе Боже нашъ! отвори намъмыслеиныя очи и избавинасъотътакпхъ!> XIV. ЛИЧНОСТЬ ЮАННА. ГРОЗНАГО ВЪ НАРОДНОЙ ПОЭЗІИ. НОВЫЙ РОДТэ ПРОИЗВЕДЕНІЙ НАРОДНОЙ поезш, РАЗВИВШіЙСЯ ПОДЪ ВЛІЯНІЕМЪ ХРИСТІАНСКНХЪ ИДЕЙ, ПРО- НИК АВШНХЪ въ массу ; ДУХОВНЫЕ СТИХИ. Крупная личность Іоаина Грознаго, въ те- чете цѣлой половины XVI в. обращавшая па себя внпманіе современнпковъ, не могла | не найтп себѣ отголоска и въ народной па- мяти. Въ народной эпической поэзіи, нашей вслѣдъ за темными пѣснями о богатыряхъ п Татарахъ, вслѣдъ за немногими такъ назы- ваемыми «княжескими» пѣснями, принадле- жащими новому московскому періоду, являет- ся весьма замѣчатедьный п довольно обшир- ный кругъ пѣсень объ Іоаннѣ Грозномъ. Пѣ- сни эти въ высшей степени любопытны и по- учительны для насъ въ томъ отношеніи, что въ нихъ образъ Грознаго является намъ до- вольно сочувственно набросаннымъ народ- ною фантазіей. Онъ представляется вѣрнымъ исторической дѣйствптельности, но въ тоже время вшімаиіе народа сосредоточивается преимущественно на такихъ чертахъ его лич- ности, на такихъ сторонахъ его дѣятельно- сти правительственной, которыя не могли не нравиться народу и до нѣкоторой степени і соотвѣтствовали тѣмъ попятіямъ оправителѣ, { Н6 какія сложились въ его представлепіи подъ вліяніемъ современныхъ тягостныхъ условій народной жизни. Чѣмъ болѣе могущества со- средоточивалось въ рукахъ князей москов- скихъ, чѣмъ болѣе увеличивалась централи- зація власти и политической жизни Русской въ Москвѣ— тѣмъ болѣе приходилось наро- ду страдать отъ различныхъ общественныхъ нестроеній и отъ угнетенія со стороны мел- кихъ мѣстныхъ представителей власти и произвола боярства, составлявшаго блестящій дворъ царей московскихъ. Блескъ, окружав. шій личность царя, далекую и недоступную для народа, побуждалъ фантазію его къ со- зданіго самыхъ невѣриыхъ и притомъ чисто пдеальныхъ представленій о власти царя, о его личныхъ свойствахъ и бытѣ. Желая, весь- ма естественно, утѣпшть себя среди бѣдст- веннаго своего существованія, народъ, чув- ствуя на себѣ гнетъ только мѣстяыхъ и мел- кихъ представителей власти, гнехъ боярства, часто склоненъ былъ думать, что этп мелкіе представители власти, это боярство — ничего