b000000635

Н. СОРСКІЙ ГЕННАДІЙ. Мслйковъ, боіѣе извѣстный лодъ ныенемъСо^р- скаю (по обители, основаиной иыъ на рѣкѣ Сорѣ, не вдалекѣ отъ КирилловаБѣлозерска- то монастыря). Нплъ, долго странствовавшій по восточнымъ обителямъ и нѣсколько лѣтъ нрожившій въАѳонскихъ монастыряхъ, силь- но увлекался пдеаломъ пустынножительства, и считается у насъ въ Россіи основателемъ такъназываемаговжитіяскптскаго». На осно- ванін своего, нѣсколько идеальнаго, взгляда на иночество, Нилъ впдѣлъ въ монастырѣ об- щество людей, отказавшихся отъ всего мір- скаго; это общество, по его мнѣпію, должно было явиться тѣмъболѣесоверпіеннымъ, чѣмъ менѣе представлялось ему случаевъ къ столк- новенію съ міромъ. Вотъ почему Нилъ требо- валъ, чтобы у монастырей селъ не было, чтобы чернецы жили но пустынямъ и кормились ру- кодѣльемъ. Противъ такого идеальнаго взгля- да на монашество сильно вооружился Іоспфъ Волоцкой. Вполнѣ сознавая то важное, циви- лизующее зпаченіе, какое монастыри имѣли для Руси ХУ вѣка, какъ единственные раз- садникп просвѣщенія, Іоспфъ, кромѣ того ви- дѣлъ въ нпхъ центры, изъ которыхъ выходили представители власти церковной; епископы, архіешіскопы, митрополиты. Въ обезпечен- ности монастырей опт. не могъ не видѣть од- ного изъ важныхъ условій ихъ матерьяльнаго благосостоянія, которое въ тѣ отдаленныя и тяжкія времена такъ рѣзко отличало мона- ховъ отъ остальных'], сословій и такъ много способствовало въ нихъ развитію любви къ книжному ученью п грамотности вообще; — а эти стороны быта могли существовать и раз- виваться на Руси XV' вѣка только въ стѣнахъ монастырей, такъ какъ только иноку, въ его кельѣ, являлась возможность спокойно поль- зоваться удобствами безопаснаго и обезпечеи- наго досуга. Мнѣиіе Іоспфа Волоцкаго взяло верхъ на соборѣ надъ мнѣніемъ Нила Сор- скаго и великій князь оставилъ вопросъ объ пмѣньяхъ монастырскихъ безъ разрѣшенья. Но этому вопросу суждено было еще долгое время волновать и раздѣлять русское духо- венство, и поддерживать полемическую лите- ратуру, въ средѣ которой сторонники владѣ- нія монастырей селами и землями получили даже названіе Осифлянъ (т. е. Іосифлянъ), и объ этихъ «Осифлянахъ» противники ихъ, го- ворили, что они «люты, безчеловѣчны и лука- вы зѣло, н властей, и имѣній желатели», наме- кая тѣмъ, конечно, что всѣ эти нелест- 102 ныя свойства заимствованы ими отъ того гла- вы ихъ , который на довольно разумномъ основанін рѣшился опровергнуть слпшкомъ пдеальныя воззрѣнія Нила на современное положеніе и на значеніе монастырей рус- скихъ. Въ заключеніе этой главы, мы не можемъ пройти молчащемъ двухъ весьма важныхъ яв- леній современной русской жизни ХУ вѣка, тѣмъ болѣе, что они были на столько же выз- ваны необходимостью борьбы противъ ереси жидовствующпхъ, на сколько и современная, только что помянутая нами выше, полемиче- ская литература, обогатившаяся въ короткое время столь многими сочиненіями Геннадія, Фотія и Іоспфа Волоцкаго. Одно;изъ этихъ яв- леній— потребность въ книжномъ ученіи ивъ грамотности, какъ въ одномъ изъвѣрнѣйшихъ средствъ для предотвращения глубоко-невѣ- жественной массы отъ довѣрчнваго п легкаго перехода на сторону первой явившейся ереси. Любопытнымъ намятникомъ сознательнаго но- ииманія этой потребности нросвѣщениѣйшимъ пзъ' представителей современнаго духовенства сохранилось намъ посланіе Геннадія ка, ми- трополиту Симону; въэтомъ посланіп опт, опи- сываетъ митрополиту печальное положеніе своей новгородской паствы и просить его хо- датайства предъ Іоанномъ III объ устроеиіи училшцъ, въ которыхъ чувствовалась тѣмъ бо- лѣе настоятельнаянужда, что некого было ста- вить въ попы, и очень часто пе только полу- грамотные, но даже вовсе безграмотные люди посвящаемы были въ духовный санъ. «Вилъ я челомъ» — иппгетъ, между прочимъ, Геннадій въэтомъ посланіп къ митрополиту— «государю и великому киязю, чтобы велѣлъ училища устроить; вѣдь я своему государю напоминаю объ этомъ для его же чести и сиа- сенія, а намъ бы простерт, быль; когда при- ведутъ ко мнѣ ставленника грамотнаго, то я велю ему ектенью выучить, да п ставлю его, и отпускаю тотчасъ же, ноучивъ, какъ боже- ственную службу совершать; и такіе на меня не роищутъ. Ну, а вотъ приведутъ ко миѣ му- жика; я велю ему апостолъ дать читать, а опт, и ступить неумѣетъ; велю дать псалтирь — оиъ и по тому едва бредетъ ; ему откажу — а они кричать; «земля, господинъ, такая, пе можемъ добыть человѣка, кто бы грамотѣ умѣлъ»; по вѣдь это всей землѣ позоръ, будто иѣть въ землѣ человѣка, кого бы можно въ попы по- ставить! Быотъ миѣ челомъ: «пожалуй, госпо-