b000000635

и О НАШЕСТВІГ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. И хохочутъ, другъ друга подталкивая... Вдоль по рѣчкѣ топливо навалено, И пылаютъ костры иеугасные... Сторожа въ камышахъ притаилися... Обоклнкнули князя и съ Нёздплои: Отозвались они и поѣхали, Черезъ весь стань, къ намету Батыеву; Всполошилась орда не крещеная: Сотенъ съ пять нобѣжало у стремени... Князь съ бояриномъ ѣдутъ — не морщатся — Мешъ кибитокъ разпряяіенныхъ войлочныхъ; Стремянной Оиолоница сердится, А другіе дружинные вершники Только креститься, въ сторону сплевывая: Иа Руси экой нечисти съ роду невидано... Закраснѣлась и ставка Батыева: Багрецовыя ткани наіяиуты Вкругь столпа, весь-какъ-есть золочениаго. Одаль ставки, а кто и при пологѣ. Стали дѣлый гурьбою улусникн — Веѣ въ кольчугахъ и въ шлемахъ съ ковыль- травою; За плечами колчаны; за иоясомъ Заткнутъ иожъ, закаленый съ отравою, На одннъ только взмахъ и подшептанный. Князя въ ставку впустили и съ Шздилой. Ханъ спдитъ на коврѣ; ноги скрещены; На илечахъ у него пестрый роспашень, А на темени самомъ скуфейка парчепая. По бокамъ, знать, вельможи ордынскіе, Всѣ въ такпхъ-же скуфейкахъ и роспашняхъ... Сталъ челомъ бить ему, нечестивому, Ѳедоръ князь, а покудова Нёздила Подмигнулъ одному изъ присиѣшниковъ И отвелъ его въ сторону. Молить князь: «Не воюй-де, царь, нашей ты волости, А воюй, что иное и прочее; Съ насъ и взять-то прійдется по малости, А что загодя вотъ — мы поминками Кой какими тебѣ поклонилися.» Ханъ подумалъ-подумалъ и вымолвилъ: «Подожди-ка: я вотъ посовѣтуюсь .. Выйдп вопъ ты на время на малое — Позову.. . > Вышелъ Ѳедоръ — князь — позвали... Говорить ему ханъ: соглашаюся И помиики прійму, только знаешь-ли? — Мало ихъ...» (толмачами взаимными Были Нёздила съ тѣмъ-же Ордынцемъ подыиг- нутымъ:) «Мало ихъ», говорить князю Ѳедору Царь Батый, «а, коль хочешь уладиться,— Дай красы мпѣ княгинины видѣти.» ІІоиертвѣлъ Ѳедорь князь съ нерва- на-перво, А потомъ, какъ зардѣется: « Нѣтъ-моль, — Ханъ ! Христіанамъ къ тебѣ, нечестивому, Женъ ужъ намъ не водить; а твоя возьметь. Ну, владѣй всѣмъ, коль только достанется!» Разъярился тутъ Ханъ, крикнулъ батырямъ; «Рознимите ножами противника на части!» И рознили... Нотомъ и на вершниковъ. Словно лютые звѣри, накинулись: Всѣхъ — въ куски; лишь одинъ стремянной Оио- лоница Изъ погапаго омута выбрался... А боярина Шздилы пальцемь не тронули... V. Загорѣлося утро по лѣтнему, Загорѣлось сначала на куполѣ, А потомъ перешло на верхушки древесный, А потомъ поползло по землѣ, словно крадучись, Гдѣ жемчужинки, гдѣ и алмазинки У росистой травы отбираючи. Куманика перловымъ обсыпалась бисеромъ; Подорѣшникь всей бѣлою шапкой своей нахло- бучился И ноднялъ новалежныя листья натулшвшись; Съ Осетра валить парь, словно съ каменки — Значить: будеть днемъ баня оиарена... У Николы Корсунскаго къ ранней обѣднѣ уда- рили... И княгиня проснулась подь колоколь... Къ колыбели птенца своего припадаючи. Цѣловала его, миловала и пестовала, И на красное солнышко вынесла. На подборъ теремной, на свѣтёлочный. Вотъ стоить она съ нимь, смотритъ на поле, Иа лѣсъ, на рѣку, смотритъ такь пристально Иа дорогу, бѣгучую подь гору. Смотритъ... пыль ио дорогѣ поднялася... Скачеть кто-то, и конь весь обмыленный.. . Ближе глянула, анъ Ополоница — Не примѣтилъ княгини-бъ, да крикнула: Осадиль жеребца, задыхается... А княгиня Евпраксія спрашиваетъ: — <Гдѣ-же князь мой, сожитель мой ласковый?» Замоталъ головой Ополоница: — «Не спросила-бы, не было-бъ сказано. Благовѣрный твой князь Ѳедорь Юрьевичь, Красоты твоей ради неслыханной, Убіень отъ Царя, оть Батыя неистоваго!» 1 11 ш № К, 11 Йі I ш к' " ■ І